Tales Of Darknord
Мы находились в поиске своего стиля

28.09.2026

Волна переиздания на CD культовых и практически забытых релизов отечественного андеграунда 80-х и 90-х рискует в ближайшее время превратиться в цунами, но очень часто единственное, что остается в наследство от тех групп - это сами фонограммы или пара заметок из малотиражных фэнзинов, отсканированных и выложенных в интернет. Иногда участвовавшие в подготовке переизданий музыканты пишут для буклетов небольшие аннотации, но частенько не происходит и этого. А ведь жизнь многих металлических коллективов в те годы была весьма насыщенной и богатой на неожиданные повороты, так что узнать о ней подробнее будет интересно как старым фэнам, так и новому поколению слушателей, только открывающему для себя эти архивы. Мы решили не ходить далеко и обратились с просьбой рассказать о том времени к человеку, с которым мы на связи чуть ли не с самого появления HeadBanger.ru. Александр Кантемиров вот уже не первое десятилетие возглавляет лейбл More Hate, известный практически любому, кто интересуется отечественной тяжелой музыкой, но в 90-х и начале нулевых он был не менее известен как музыкант. Александр был основателем и гитаристом волгоградской дэт-металлической группы Tales Of Darknord, возглавлял блэк-металлический проект Der Gerwelt, а во время учебы в Москве поиграл в Rossomahaar и поучаствовал в еще нескольких проектах Лазаря, в частности, Nargathrond и Katar. В свете недавнего переиздания дебютного полноформатного альбома Tales Of Darknord “Obliteration Allegory”, которому в этом году как раз исполнилось 30 лет, мы решили вместе с Александром вспомнить его музыкантское прошлое, а чтобы не делать это интервью бесконечным, сконцентрировались на его собственных проектах…

Давайте начнем с вопроса, который вам часто задавали в интервью 30 лет назад, но ответ на который вряд ли знает нынешнее поколение читателей: что вы изначально вкладывали в название Tales Of Darknord? Что это за идея «вечного льда», поклонником которой вы в то время являлись?

Прежде всего, приветствую! Рад снова оказаться на площадке Headbanger.ru и отвечать на вопросы. Интересно, что спустя столько лет мы опять разговариваем о музыке, которую когда-то я играл. Честно говоря, не помню, что за это идея вечного льда, о которой я что-то говорил в те годы - очевидно, какая-то эзотерическая муть, этакий закос под ницшеанца; в те поры мне казалось, что необходимо выглядеть максимально величественно и загадочно! Я толком не скажу, почему я придумал такое пафосное и, главное, очень длинное и неудобное для произношения и написания название, но просто Dark North мне показалось недостаточно емким, и я решил присобачить к “dark” еще и “nord”, и получилось “darknord”. По правде говоря, мне еще потом нравился альбом группы Amorphis “Tales from the Thousand Lakes”, вышедший в 1994 году, и название моей группы, как мне казалось, перекликалось с идеями мрачных финнов и вообще со звуком именно этого альбома. Такая ассоциация. (Смеется.)

В 1990 году вы играли на гитаре в панк-группе и, как вы когда-то говорили, технически вряд ли смогли бы сыграть что-то более сложное. А уже через год вы собрали первый состав Tales Of Darknord и заиграли совсем другую музыку. Что стало для вас импульсом к созданию собственного коллектива? Вы тогда изначально хотели петь параллельно с гитарой, или не нашлось подходящего вокалиста?

Ммм, сразу было ясно, что с панками мне не по пути. Весь этот говно-имидж точно не подходил мне, я был склонен к более эпичным вещам типа черной кожи, бравурных мелодий и маршеобразных ритмов. В общем, я сразу и хотел свою группу, просто после окончания школы и поступления в пединститут мне на пути попались только панк-рокеры, с которыми я одно время и тусовался. Но после первого панк-концерта, во время которого барабанщик просто напился в хлам, и мы играли с каким-то рандомным чуваком, заменившим его, который вообще не понимал, что и когда надо играть… Получилось очень паршиво в моем понимании, полный провал, хотя сейчас я понимаю, что, возможно, это и был настоящий панк-рок! В общем, после концерта я решил, что с панк-роком надо заканчивать, и сманил басиста из панк-группы к себе в коллектив - он, кстати, тоже был металлист, как и я. Первый барабанщик был мой соратник по школьным годам Алексей Цехмистров, с ним мы провели первые репетиции, но он был чертовски хреновый драммер и, кроме адского и хаотичного шума, ничего больше издавать не мог. Поэтому басист Паша “Ирокез” Дмитров привел своего младшего брата Серегу, который, несмотря на юные годы, играл точно лучше, чем Алексей! Тоже, конечно, не барабанный гений, но хотя бы что-то. Пели мы на самом деле вдвоем с Пашей “Ирокезом”, он пел припевы, а я куплеты. Надо сказать, что вокальная стилистика у нас вдвоем с ним была типа Борова из Коррозии Металла! Вот в таком составе мы первые три года и репетировали и даже дали первый концерт в 1993 году.

Как сложился состав Tales Of Darknord, который вы называете классическим (вы – Макс Тюх – Ширл – Джон)? И Ширл, и Джон на тот момент уже играли в других волгоградских группах – что привело их к вам? 

Первый состав группы был, в общем то, не особо активным. Паша был угарный и веселый парень, но он тяготел к более разудалым формам металла, типа трэша и хардкора. Сережа также в техническом плане был не особо продвинутый драммер. Мне же хотелось утяжелить саунд и играть что-то близкое к шведскому дэт-металу - типа Entombed, Edge of Sanity, Dismember, Grave. Я вообще тогда был фанат шведятины! Но ничего такого мы выдать точно не могли, не хватало скиллов, так сказать. Но после первых концертов группы я познакомился с музыкантами других коллективов, и они, конечно, не особо оценили наши успехи. Мне же хотелось большей популярности в среде местной тусовки. В ту пору на сцене Волгограда котировались такие группы, как Necrozone, Morbidness, Volkssturm, и вот их успех не давал мне покоя. Я кстати, допускаю, что первые демо Tales Of Darknord довольно оригинальны и аутентичны, и если бы тот первый состав продолжал играть, мы ушли бы совсем в другую стилистику. Но мне хотелось быстрой популярности, поэтому после начала концертной деятельности в 1993 году наступил некий тупик, и я разогнал тот первый состав. 

В 1994 году спустя какое-то время судьба свела меня с гитаристом Максимом Тюхом - это, кстати, его настоящая фамилия. Не помню, где именно мы с ним познакомились, может, даже по переписке - знаешь, раньше в газетах давали объявления типа “музыкант ищет группу” и все такое. Вот, кажется, я ему написал - типа, давай, приходи в мою группу. Мы с ними поджемовали немного, я ему дал послушать наше демо, он сказал, что в целом такое ему не особо нравится, и он хотел бы играть что-то более техничное и сложное. Макс был оголтелый поклонник Metallica, Megadeth и, конечно же, Death, то есть фанат сложного и гитарно ориентированного музона, а шведский дэт, кроме Edge of Sanity и Unanimated, ему вообще не вставлял. Он очень внимательно изучал и снимал риффы своих любимых групп, но, главное, он еще и придумывал свой музыкальный материал, на этом мы с ним и сошлись. Я тоже подумал - ну, раз нет людей, с кем играть шведский дэт, то и черт бы с ним, будем играть то, что получается. В итоге, часть песен придумал Макс, часть родил я, часть мы просто сконструировали из общих кусков, подходящих друг к другу. 

Позже Макс пригласил своего знакомого Антона “Ширла” Широкова на бас-гитару. Ширл играл до этого в группе Odeathator, в которой он пел, но пригласили мы его изначально на бас, потому что пение сперва взял на себя Макс, он голосил в духе Чака Шульдинера, а мне такое расщепление в те поры не особо удавалось. Да и вообще Макс был безусловно верящий в себя человек, поэтому иные варианты тогда и не допускались. (Смеется.) Спустя какое то время на репетицию пришел Джон, он же Евгений Кузнецов, он до этого играл в группе Volkssturm. История знакомства с ним более запутана. По воскресеньям в те годы в Волгограде проходила так называемая «толпа», где собирались металлисты, там продавались диски, винилы, кассеты, ребята тусовались, бухали и просто общались. Вот там мы собирались для общения, и именно там мы предложили Джону попробовать поиграть с нами. Джон был уже маститый и известный музыкант, группа его в ту пору была по-настоящему звездной для волгоградской сцены - не скрою, я завидовал им и их популярности. Поэтому когда пришел Джон, сел за барабаны и начал играть, я подумал - вот оно, вот именно то, чего нам и не хватало: ритмического костяка, мощных и зверских барабанов! Джон, конечно, мастер в выбивании из барабанов пыли, несмотря на некоторые заплывы в ритме (это станет понятно гораздо позднее, по мере усложнения ритмических структур), и нам он показался просто Богом барабанов. До этого я не встречал таких мощных барабанщиков вообще, и он был хорош, определенно хорош! С приходом Джона все элементы пазла встали на место, и группа превратилась в хорошо работающую машину. В 1994 году, порепетировав и быстро сыгравшись, мы записали новые демо-альбомы,  начали играть концерты, после чего наступила такая ожидаемая мной популярность коллектива на местной сцене, потому что звучали мы супер-убойно, далее петь стал еще и Ширл, у него рык был гораздо более мощный и низкий. Плюс он был двухметровая каланча и как фронтмен выглядел довольно впечатляюще, в отличие от более мелких коллег типа меня и Макса. Я, кстати, в те годы, очень сильно спрогрессировал как гитарист именно благодаря работе с Максом и Ширлом - они играли изначально лучше, чем я, особенно Макс.          

Как и в каких условиях в ранние годы существования группы проходила запись демо? Что изменилось в процессе записи, когда вы от демо перешли к дебютному альбому?

Первые три песни (демо “Blackened Soul Remains”, 1992) мы записывали в охрененно дорогой и профессиональной студии. Там сидели профессиональные музыканты, игравшие какой-то хард-рок или что-то типа того. Вот они в свободное от репетиций время записывали группы, и стоило это довольно дорого. Кстати, те первые три песни мы записывали на мои деньги, которые я просто позаимствовал  у своего папани. (Смеется.) Папаня был большой начальник, я просто потихоньку брал у него деньги из карманов и в один прекрасный день утаил довольно немалую сумму, так что спасибо папе, первое демо было записано благодаря ему! Он, кстати, я думаю, догадывался о нетрудовом характере моих доходов, но, видимо, решил не придавать значения мелкому хищению из семейного бюджета. 

В общем, пришли мы в студию со своими агрегатами для записи, и тут открылось неожиданное: во-первых, записывать живые барабаны в студии отказались, выкатили нам электрические барабаны - типа, вот стучите по этим плюшкам резиновым; во-вторых, в две бочки сыграть не дали, и пришлось играть в одну бочку; в-третьих, услышав наши примочки, они нам просто сказали выкинуть их на хрен из-за шума и наводок, которые они производили - в общем, гитары записывались с каким то легко перегруженным роковым звуком типа ZZ Top или Песняры, то есть без примочек вообще. Короче, первое демо получилось со звуком как у Varathron в лучшем случае, но звук там был по настоящему объемный и дышащий, правильно записанный с точки зрения профессиональной звукорежессуры! 

В 1994 году мы отправились уже в другую студию, потому что записывать надо было уже больше песен, и, главное, не хотелось опять получить этот слегка прифуженный звук гитар. Записывались на четырехдорожечный магнитофон в студии у Александра Сипатенкова, который когда-то играл в группе Альфа - была такая хэви-метал-группа, в которой, кстати, играл еще и барабанщик Круиза! В общем, Саня гораздо лучше соображал в звуке металлистов, и единственным неудобством было то, что записывать приходилось все инструменты одновременно, то есть одни дублем, вместе с барабанами, а вокал и соло-гитары потом можно было записать отдельно уже на оставшиеся свободные дорожки. Поэтому мы играли максимально приближенно к репетиции, нужно было сыграть все без лажи и ошибок, потому как перезаписать все это можно было только одним разом! Вот в таких условиях мы записали следующие три демо-пленки (“Tragedy” (1994), “Absorbing Destinies” (1995), “Unearthly Agitator” (1996)). 

А вот дебютный альбом 1996 года уже записывали на многодорожечном аппарате, и это было куда проще, чем писать все инструменты разом за один дубль. В целом, основная проблема тех записей - это даже не качество звука (оно, кстати, по сравнению с другими группами было очень даже хорошее), а отсутствие грамотного продюсера. Записываться приходилось на свой страх и риск, не было человека, который бы соображал в таком деле, как запись метал-музыки и получение готового продукта, который был бы интересен аудитории. Люди, которые сидели в кресле у аппарата в целом, были в лучшем случае звукорежиссерами, поэтому происходило все спонтанно, и решения принимались нами самими - типа, вот такой дубль давайте и оставим.

У двух кассетных изданий “Obliteration Allegory” (на Metal Agen и Mortal Dreams) две совершенно разные обложки, на CD-переиздании – уже третья. У большинства остальных альбомов такая же ситуация. С чем это связано? Вы не считаете, что у альбома должна быть «каноническая» обложка?

Раскрою секрет или, может, и не раскрою - и те годы такого понятия, как нарисовать обложку группе или оформить что-то в виде обложки, у нас практически не было. У меня в те годы даже компьютера не было, поэтому обложки мы искали тупо везде - в книжках, журналах, позднее в ход пошли картинки из интернета. От этого такое разнообразие оформлений. Для издания находили какую то картинку и передавали лейблу, а он сам там тяпал и ляпал в обложке, как хотел, поэтому когда возникала идея что-то переиздать, то приходилось начинать с начала. Идея создания оформления и обложки под альбом возникла уже году в 1997-м или 1998-м, то есть на закате группы. Для этих целей мы нашли какого то дядьку, умеющего рисовать картины, он был вообще не металлист и точно ни хрена не понимал в том, что такое обложка для альбома. На коленке ему объясняли, чего мы хотим получить, и он рисовал что-то, как видел, потом показывал нам набросок, и мы его утверждали, а далее он там все дорисовывал. Таким вот образом он нарисовал нам картинку для  альбома “The Last” (1998), с ней он вышел на кассетах, “Dismissed” (1999) тоже он рисовал - там волшебный дядька типа Хоттабыча, улетающий куда-то в небо, и потом облогу для Der Gerwelt в виде фееричного злого пня (демо “Revelation” 1999 года) тоже он наваял. Для альбома “Endless Sunfall” картинку я нашел в какой-то книге, причем в городской библиотеке, и вырезал ее прямо из книжки, что, в общем, явно было проявлением вандализма. (Смеется.) Я бы с удовольствием имел канонические оформления, но в те годы с этим было довольно трудно.

В большинстве печатных материалов о Tales Of Darknord во второй половине 90-х, а также и в поздних публикациях и постах в интернете упоминается номер “The Shame Label” с дебютника, при этом для группы он совершенно не характерен. Как он появился на свет, и не считаете ли вы, что ставить его на альбом было ошибкой?

Ну, это стебный кавер на песню “I Like to Move It” какого то хмыря американского или еще какого-то - просто эта песня в те годы была почти на каждой дискотеке, а потом в мультике про Мадагаскар, то есть, очень узнаваемая вещица была. Я как-то баловался игрой тэйпом на 6-й толстой струне на репетиции, а барабанщик стал подыгрывать какой-то фанк-ритм под это жужжание, и Ширл вдруг ни с того ни сего как заблажил под это безобразие: “I like to vomit vomit”, то бишь, “я люблю блевать блевать”. Вот так это и родилось, никто не думал специально делать какой-то кавер, просто оно само появилось. Ставить его на альбом и не собирались, просто записали в студии заодно до кучи. Но самое смешное, что песня эта на ура заходила на концертах. Стоило нам выйти на сцену, как какой-нибудь фанат истошно орал: “I Like to Vomit Vomit!” Что называется, пошло в народ.

Мне попадалось несколько фотографий группы, на которых вы в противогазе (причем только вы, остальные музыканты – нет). Это просто прикол или часть имиджа того времени? 

Это не прикол, а фишка группы. Я все концерты играл только в противогазе, так как волос длинных я не носил; я подсмотрел эту фишку у Impaled Nazarene - они вроде тоже в противогазах вылезали на сцену. В общем, я демонстрировал выносливость и выдержку, так как играть в противогазе минут 40 на концерте довольно жарко, и линзы сильно запотевают! Кстати, потом, в 1999 году мы с Rossomahaar тоже играли в противогазах, я и Князь, то есть, уже вдвоем. Не знаю, нам казалось, это довольно угрожающе выглядело. 

Если я правильно понимаю, основным автором текстов в Tales Of Darknord практически на всем протяжении истории группы был Ширл. Вы как-то участвовали в создании текстов или выборе тем для них? Не пробовала ли группа петь по-русски (ведь английские тексты у вас были, честно говоря, не идеальными в плане грамматики)?

Я был автором лирики только на первом демо “Blackened Soul Remains”. В целом это все, что я смог написать для Tales Of Darknord, потом лирику писали Максим Тюх и Антон Ширл. Я писал, в общем, про какую-то херню, просто набор слов без всяких грамматических оборотов, хотя, кстати, я учился в английской школе, но, надо признаться, хреново я там учился. Макс и Ширл в английском соображали немного более моего и пытались выдать что-то более осмысленное, но тоже довольно схематично. На русском языке петь - такой мысли даже в голову не приходило, я точно скажу. Нам казалось, что петь на русском - это какой то моветон или нечто в духе Коррозии Металла, а Коррозия считалась в те годы признаком низкого вкуса. Хотя сейчас я так не считаю и вообще люблю Коррозию, но тогда было все по другому.   

Почему классический состав Tales Of Darknord оказался недолговечным? В чем причина ухода Макса Тюха и Джона, и как получилось, что Джон уже на альбоме “The Last” вернулся обратно?

Причина банальна, она кроется в непростых человеческих отношениях. Я и Макс были жесткими лидерами в коллективе, а двум медведям в одной берлоге уживаться довольно нелегко. Мы периодически поругивались на тему музыкального материала, и если я тяготел к более экстремальным формам, мне хотелось играть дэт типа Deranged или Aborted, то Макс был более прогрессивным чуваком и хотел двигаться в сторону продвинутого металла. Потом он стал показывать мне такие риффы, что я их просто даже запомнить не мог, насколько там было все ритмически сложно завернуто, и я сказал Максу, что такую *** я играть не буду, я же не джазмен какой-то! Макс тоже за словом в карман не полез - “а не хотите играть мое, так и идите в жопу”! Вот так все и прекратилось. В итоге в группе остался один лидер и босс, то есть я. Мы втроем продолжали играть концерты без Макса, но абсолютно новый музыкальный материал решили с Ширлом попробовать сделать с другим барабанщиком. Альбом “Endless Sunfall” был слишком сложен для Джона, вернее, не так, он сделал бы из него стандартный тыц-тыц, дыщь-дыщь на барабанах, а мы с Ширлом хотели получить более ритмически сложный вариант, с акцентами на тарелках и брейках, с синкопированными моментами, с игрой в противоход. Ширл был фанатом Suffocation и Internal Bleeding, и на этом альбоме было очень много его музыкальных придумок, здесь он развернулся в полную мощь. Мы специально записали этот альбом с другим драммером, который, кстати, и металл-то не слушал особо. А Джона никто не собирался гнать, и когда мы вернулись в русло более стандартного дэт-метала на следующих альбомах, то Джон опять стал барабанить. Не помню, но, кажется, “Endless Sunfall” мы и не играли потом на концертах.

“Endless Sunfall” стал вашим первым альбомом, изданным на CD, и в то же время первым CD в каталоге лейбла Rest In Peace. Параллельно вас издавали на кассетах в Беларуси и Литве. Правильно ли будет предположить, что именно опыт общения с большим количеством лейблов (возможно, негативный) подтолкнул вас в итоге к созданию More Hate? 

Нет, это вообще никак не связано, я изумительно хорошо общался с парнями из этих лейблов, с Володей из R.I.P. мы вообще давно дружили, Андрей Мэн из Легиона также мне был хорошо и давно знаком. В общем, что касаемо лейблов, все было нормально. Я More Hate создал еще в 1997 году и работал определенное время как дистрибьюторская контора, менялся дисками и распространял продукцию других групп и лейблов. Если честно, я поначалу и не собирался ничего издавать, меня вполне устраивало менять диски, которые я покупал у других лейблов, просто в 1999 году мы с ребятами из Rossomahaar попали на кидок одного московского деятеля, который должен был сделать нам тираж дисков, так что мы решили сами спасать ситуацию и скинулись на диски за свой счет, а я просто предложил под это дело название своей дистро-конторы!

На “Endless Sunfall” помимо новых песен материала присутствует несколько концертных номеров. Такова была задумка, или вам просто не хватило студийного материала?

Идея концертного материала заключалась в неком закрытии гештальта или родовой травмы, имевшей место в истории группы. В 1995 году мы поехали на концерт в Ростов-на-Дону, где выступали вместе с Gods Tower, Detonator, Necromancer и еще кучей групп и немелко так там обосрались. Сыграли мы крайне погано - я не слышал, что играют мои коллеги, они не слышали, что играю я, и получился какой-то звуковой хаос. Слабое, конечно, оправдание, но мы были весьма сконфужены фактом этого выступления, а в завершение я еще там совершенно по-скотски напился. И после этого концерта мы пытались всем доказать, что мы играем на концертах хорошо, это прям стало идеей фикс - доказать нашу крутость! Как следствие, возникла идея концертных треков - продемонстрировать, что мы круты на самом деле. Вот, в общем-то, единственная мотивация всего этого дела.    

Вообще, насколько часто Tales Of Darknord выступали вживую? Удалось ли поездить по стране с концертами, или же по большей части вы играли в родном городе?

Группа вообще создавалась для концертов, для меня в принципе это было очень важно; не знаю, как другие ребята, но меня сцена прям манила, и мне нравилось выступать перед людьми. Никакого стеснения я не испытывал никогда, более того, ловил кайф от внимания большого количества людей. И да, мы были сконцентрированы на выступлениях и отдавали им много времени. В Волгограде мы выступали регулярно, раз в месяц или два, а также ездили в рядом расположенные города - Саратов (вообще много раз там были), Ростов-на-Дону, были в Перми, ездили также в Минск на фест, где играли с беларускими и польскими группами! В общем, всегда откликались на предложения приехать и сыграть. Я думаю, география бы расширилась и дальше, просто я в 1998 году уехал в Москву учиться в аспирантуру, и коллектив приказал долго жить.

На “Endless Sunfall” гитарные соло в некоторых песнях впервые записал Валерий Грикот. Как он появился в жизни группы? И почему вплоть до альбома “Stalingrad” (2004) он оставался сессионным музыкантом?

Валера - это друг Ширла, человек, совершенно далекий от мира экстремального металла, любитель рока и харда типа AC/DC и ZZ Top. Мы часто тусовались с ним и по приколу предложили ему участвовать в записи соляков. Соляки он играл чисто в рок-н-рольном стиле, там, где ему казалось это уместным, этакий эксперимент. Музыкантом состава он не являлся долгое время, но потом, когда я свалил в Москву, Ширл привлек его в качестве гитариста для своей версии Tales of Darknord. И вот в таком составе они записали альбом “Stalingrad”. Барабанщиком также был Сергей Акимов, который записывался на “Endless Sunfall”. Там от дэт-метала только вокал, все остальное - какой-то утяжеленный Red Hot Chili Peppers. (Смеется.) 

Как проходила работа над альбомами “The Last” и “Dismissed”? Поправьте меня, если я напутал с хронологией, но это время вы уже учились в Москве, а запись все равно делалась в Волгограде. И правильно ли я понимаю, что “The Last” задумывался как последний альбом Tales Of Darknord?

Неа, вообще не так. “The Last” был записан первым, и назван он так не потому, что последний, а потому что там есть одноименная песня “The Last”. Мы его записали в Волгограде и свели, как обычно, в KM studio, в которой записывали все, начиная с “Endless Sunfall”. В альбом вошли наши треки, не подходившие для “Endless Sunfall” стилистически, и всякие кавера, которые мы записали, чтобы “добить” альбом по времени. “Dismissed” - это уже новый материал, записали мы его, опять же, в Волгограде еще в 1998-м, а вот сводить решили в другом месте, а именно, в Москве в студии Внуково, нам порекомендовал ее Миша Смирнов, там Mental Home записывался. Вот его сводили как раз, когда я уже жил в Москве, для этого специально Ширл приехал. Во время сведения мы, кстати, рассобачились с звукорежем студии, который дико переживал, чтобы мы не сломали ему аппарат, так что было все нервно и в спешке. Звукорежиссер этот уже помер, поэтому не буду о нем плохо говорить… 

На “The Last” всего понемногу – песни Tales Of Darknord, до этого в студии не записанные, песни Odeathator и Volkssturm, кавера на Six Feet Under и Unpure. Как сложился именно такой трек-лист? Особенно интересно узнать про кавер на Unpure - далеко не самую известную шведскую группу.

Ну, как я уже сказал, у нас были треки, которые никак не лезли по стилю на “Endless Sunfall”, но записывать мини-альбом не хотелось, поэтому взяли и стали каверить, что было сердцу мило. Ширл предложил треки своей группы, Джон - песню “The Last”, это его группы Volkssturm трек, только изначально он был думовым, а мы его изрядно ускорили! Потом я предложил Six Feet Under и Unpure. У Unpure мне нравилась эта песня (“Surrounded By Darkness”), и я решил ее закаверить, просто потому что хорошая. Я в 1997-1998 году уже был под сильным влиянием блэк-метала, и хотелось чего-то в этом духе исполнить, это стремление потом вылилось в Der Gerwelt.

Все альбомы Tales Of Darknord отличаются друг от друга. С чем это связано – развивались ваши музыкальные вкусы, менялись музыканты, или, возможно, вам просто было скучно играть в одном стиле? На ваш взгляд, какой из альбомов лучше всего прошел проверку временем?

Связано было это с тем, что ребята мы были молодые еще, мне, к примеру, было тогда 20-25 лет, мы находились в поиске своего стиля, и каждый из нас норовил засунуть в материал свои личные предпочтения. Я в принципе вообще дрейфовал как автор музыки от трэша к дэту и потом к блэк-металу, остальные ребята тоже менялись - от этого такая мешанина стилей. Мы тогда относились к творчеству весьма открыто, не было какого-то тяготения к чему-то одному, было желание показать что-то новое, чего раньше не было. К примеру, придумал интересный рифф, но в стилистике ближе к думу - окей, засунем и его туда же. (Смеется.) В общем, я думаю, музыка была очень эклектичная. Какой альбом лучше - да фиг его знает, они все разные, на любителя, что называется. 

В какой момент у вас появилась идея создания отдельного блэк-металлического проекта Der Gerwelt? И снова вопрос про название – откуда оно взялось и почему?

В 1997 году мы с товарищем моим Абреком стали попиливать всякие блэк-метал-риффы. Я тогда прям “ворвался” в скандинавский блэк-метал, слушал его тоннами, иногда возникали идеи засунуть что-нибудь в основной коллектив, но парни не особо котировали блэк, поэтому мы с Абреком стали мутить что-то совсем отличное от творчества основной группы. В итоге это вылилось в запись двух демо-лент в 1998 году, записывал в итоге я все один, бас прописал Ширл, барабаны забили, опять же, компьютерные. Абрек, увы, не смог оставить свой след в записи, так как сильно страдал зависимостью от алкоголя, а ждать, когда он протрезвеет, я уже не мог. Он, в принципе, всегда был слегка под мухой, в этом был даже некий шарм. Название я сконструировал путем сложения немецких слов, по идее оно должно было означать «Тот, кто правит миром» или «Господин мира» и посвящено было сами знаете кому (сейчас это имя может грозить статьей об экстремизме). Но в общем, с немецким я был не очень знаком, поэтому просто взял и слепил такое вот название. В те годы я был по настоящему одержим экстремистскими идеями, хе-хе, но тогда они не считались экстремизмом, разумеется. (Смеется.)

Причины вашего ухода из Tales Of Darknord (в первую очередь, если я правильно понимаю – переезд в Москву) вы озвучивали неоднократно, но почему вы перестали заниматься Der Gerwelt? Если я правильно понимаю, в Москве это был уже фактически ваш сольный проект…

Ну дык я был полностью погружен в новую группу Rossomahaar, поэтому и забросил. 

Что вы сейчас думаете об альбоме “Stalingrad: War Episodes”? Насколько бы он был другим, если бы вы принимали участие в его создании?

Да я о нем вообще не думаю, это исключительно плод творчества Ширла и Валеры Грикота, с которым они весь этот материал и сочинили и сварганили. Я вообще не смог бы с ними играть, потому что у нас музыкальный инструментарий разный. Ширл и Валера совместно играли какой-то фанк, я такое в принципе исполнить не смог бы, я играть-то не умею такое, у меня же риффы джи-джи-джи…. Но считаю, что этот альбом по-настоящему самый новаторский, и основная масса металлистов ни хрена не поняла его музыкальную составляющую. Я вот, к примеру, ходил на репы, когда приезжал в Волгоград, так вот, там просто наблюдать было интересно и увлекательно, как они играли все это вживую, там техника исполнения вообще не металлическая, а Ширл на басу такое вытворяет, что мама дорогая - и слэп, и шред, и всякое такое прочее; такого, по сути, никто и не делал в РФ, да и в мире, думаю, тоже. Очень своеобразный материал, который условно причислен к дэт-металу, но там вообще, кроме рыка Ширла, нет никакого дэт-метала. Этот альбом такой очень странный.

Чем сейчас занимаются Ширл, Джон, Макс Тюх? Вы поддерживаете какой-то контакт? И что случилось с Абреком?

Ширл завязал с написанием музыки, работает чиновником в администрации области. Джон переехал в Москву в начале 2000-х, тоже, насколько я понимаю, уже давно не играет, чем занимается - понятия не имею. Максим после ухода ушел в свое сольное творчество, играл и записывал свои песни, это даже не металл уже был, а наверное, хард-рок, утяжеленная версия группы Нэнси с ее «Дым сигарет с ментолом». Максим вообще очень харизматичный и креативный чувак, он сам организовал свой бизнес по продаже технических масел и был занят развитием его, раскрутился и стал довольно успешным предпринимателем, периодически писал мне и присылал свои песни на прослушку и критику. Песни его были интересные, но совершенно не попса, хотя вот Макс всегда эту популярность и искал. После начала СВО есть подозрение, что он уехал из России, потому что с тех пор от него ни слуху и ни духу. Абрек умер то ли от отравления алкоголем, то ли спецом отравился им лет эдак 8 назад, но от него я другого и не ждал, он по-настоящему верил в блэк-метал, без каких то компромиссов, и вел такой же образ жизни. Конечно, жаль его, мы с ним мало общались в последнее время, потому как я, наоборот, с алкоголем вообще больше не дружу, и трезвый пьяного не разумеет. С Ширлом иногда общаемся в ВК, с остальными, как ты понял, не особо. 

Почему, хотя у вас есть More Hate, переизданием альбомов Tales Of Darknord занимаются другие лейблы? Есть ли планы переиздать еще что-то из вашей дискографии, например, “Endless Sunfall” или “Nordlich Sturm” Der Gerwelt? 

Ну, потому что есть люди, которые хотят это делать. (Смеется.) Думаю, это определенно лучше, чем самому издавать свои же работы. “Endless Sunfall”, по идее, можно было бы и переиздать, но есть одно “но” - нет исходников того оформления, которое делалось на Rest in Peace, поэтому придется по-новой делать обложку и, как ты понял, опять с новой картинкой. Именно поэтому я и не спешу, может, найдется какой нибудь инициативный лейбл, который это сделает за меня. В планах было издание обоих демо Der Gerwelt на одном диске, есть даже готовая картинка, которую сделал Алексей из GodLikeIcons, но пока руки до этого так и не дошли. Я в этом плане к своим проектам отношусь так же, как к другим группам, не лучше и не хуже. 

Tales Of Darknord в 90-х были единственной известной экстремальной группой Волгограда, да и сейчас в каталоге More Hate практически нет групп из вашего города. С чем это связано? Почему в относительно соседних Саратове и Астрахани известных хотя бы в андеграунде групп гораздо больше?

Да ну на фиг, были группы в Волгограде, я вот уже называл их выше. Но тут какое дело - сама собой слава не придет. Я бы не сказал, что Tales Of Darknord были какие-то безоговорочные монстры рока в городе, особенно в начале 90-х нас вообще мало кто слышал даже в Волгограде. Но начиная с 1992 года, как только я глубоко погрузился в мир андеграундной переписки, я последовательно продвигал коллектив всеми возможными способами, одних кассет с демо-пленками за годы существования группы я записал и выслал в разные города и страны, наверное, не одну сотню, если не тысячу, контактировал с промоутерами, другими группами, журналами и фанзинами. У меня писем приходило в те годы по 30-50 штук в день со всей страны, и я сидел и всем терпеливо отписывал, потому что считал, что это важно и нужно делать. Как следствие, спустя какое время информация о группе стала расти и распространяться, и не только в РФ, но и в странах СНГ. Что касаемо сегодняшней ситуации, то в городе и сейчас есть группы, играющие металл, есть хорошие группы в Волжском (это рядом город). Но надо иметь в виду, что сейчас при таком количестве информации и музыки пробиваться в массы реально сложнее. Почему я не издаю местные коллективы сейчас? Так я просто и не ставил такую цель, как развитие местечковой сцены. Для меня что группа из Волгограда, что из Астрахани или Москвы - никакой разницы. Плюс я же не бегаю за группами - кому надо, тот сам со мной связывается. В целом я живу довольно закрытой жизнью, не тусуюсь, на концерты не хожу, потому что у меня нет на это времени, я постоянно должен работать, иначе меня просто завалят заказами. И вообще, возможно, я не человек уже, а робот!    

Вы не занимались музыкой 20 лет и неоднократно говорили, что не жалеете об этом. Но в 2022 году вы вдруг появились в качестве вокалиста на альбоме калининградской группы Regnat Horrendum. Как это получилось? Будете ли вы сотрудничать с ними далее? Нет ли у вас в планах еще каких-либо проектов?

Играть полноценно возможности, времени и желания уже нет - это надо ходить на репетиции, поддерживать полноценную музыкальную форму. А вот записываться в качестве студийного вокалиста - это для меня не так напряженно. Скиллар из Regnat Horrendum предложил поучаствовать в качестве вокалиста на альбоме “The Prophet”, что я и сделал. Не сказать, что это было легко, за годы простоя голос утратил необходимую мощь и пластичность, так что в студии, когда я записывал треки, я даже сорвал связки. Объясняю это просто малым количеством времен на подготовку, голос - это такой же инструмент, и с ним надо заниматься, тем не менее, результат меня порадовал: могу еще, если захочу. Да, возможно, еще что-нибудь такое сделаем. (Смеется.) Не будем забегать вперед, я не люблю раскрывать планы.   

Вы как-го говорили в интервью, что More Hate издают лишь 10 процентов музыки, которые вам присылают на рассмотрение, а если учесть, что релизов у вас немало, получается, что вам приходится слушать огромное количество музыки, которая вам не нравится. Поделитесь, пожалуйста, секретом, как при этом вам удается не потерять интерес к музыке как таковой? Остаются ли при этом время и силы слушать что-то просто для себя?

Ну, смотри, все я уже и не слушаю. Сейчас все приходит либо ссылкой в облако, где можно треки послушать, либо ссылкой на треки в соцсетях.  В целом, достаточно потыкать несколько песен, чтобы понять, нравится или не нравится. Если нравится, то я начинаю слушать все полностью, чтобы окончательно решить, а если сразу не нравится, так и не заморачиваюсь с тем, чтобы заставлять себя слушать - просто не мое, да и все. А так я слушаю вообще много дисков; все, что приходит ко мне в дистро, я слушаю, чтобы понимать, что это такое вообще. Вот именно этим я в основном и занят во время работы, то есть, собираю заказы и слушаю музыку в фоновом режиме. Иногда что-то звучит просто как фон, а иногда прям цепляет, и тогда я смотрю диск - что за группа, кто там играет и все такое. Для себя я почти ничего не слушаю, раньше слушал в машине что-нибудь чисто для души, но потом обратил внимание, что громкая музыка сильно отвлекает от движения и разряжает аккумулятор машины. Я таким образом убил пару батарей. Сейчас в машине в основном слушаю радио. 

Подводя итоги - чем из сделанного с Tales Of Darknord и с другими музыкальными проектами вы больше всего гордитесь? И о чем сделанном (или несделанном) жалеете? 

Ох, не хочу выглядеть нарочито циничным, но если честно, какой-то особой гордости я за проделанную работу не испытываю. Я этим занимался, потому что мне это нравилось, в этом плане мое личное удовольствие мне всегда было важнее того, как оценят это другие. Столько было всяких гадких рецензий написано в те годы, что я просто со временем перестал обращать на них внимание. Так что в целом я смотрю на вещи объективно, никогда не считал, что группа Tales of Darknord -  это прям какое-то уникальное явление, но шутка ли - 30 лет уже прошло с выхода альбома “Obliteration Allegory”, а люди до сих пор слушают, помнят и спрашивают, так что этот интерес льстит безусловно. Жалеть о чем-то конкретном - не жалею, особенно о несделанном - чего о нем жалеть, коль оно не сделано было? Жалею, что был излишне строг с музыкантами, с кем играл, вот хочу извиниться перед ними. Иногда принимались решения о расставании с тем или иным человеком, и человек, по сути, выбрасывался из группы без апелляций - вот это было нехорошо. Сейчас я бы так не сделал, всегда можно дать человеку второй шанс, можно поговорить, обсудить, почему что-то не получается. Видишь ли, мы, конечно, не остались друзьями с людьми, с которыми играли в группе, по сути, не общаемся теперь, и видеть это печально. Я кстати, испытал подобное на своей шкуре, когда Rossomahaar так же расстались со мной, и это было такое себе, знаешь ли. И да, я понимаю, почему это было сделано, но кроме целей и задач коллектива, есть еще и просто отношения людей, так что в жопу этот шоу-бизнес! 

Интервью: Роман Патрашов
Фотографии предоставлены Александром Кантемировым и Игорем Тыщенко (Fresh Meat) 
27 сентября 2026 года
(с) HeadBanger.ru