Iskald
Сурово, монументально и экзистенциально

23.09.2026

Как бы вы ни любили норвежский блэк-метал 90-х, вам придется признать, что эта северная страна не прекратила рождать интересных представителей этого направления и по завершении того славного десятилетия. И пусть Iskald появились слишком поздно, чтобы привлечь к себе столько же внимания, сколько предыдущие поколения блэкеров из Норвегии, они вот уже 20 лет выдают отличные альбомы в мелодичном сегменте жанра. Я познакомился с их творчеством после выхода второго полноформатника “Revelations Of A Reckoning Day” (2008) и следил за пополнениями в дискографии дуэта вплоть до конца 2010-х, пока он внезапно не ушел в тень. К счастью, перерыв оказался временным, и сейчас коллектив, разросшийся до квинтета, возвращается с очередным альбомом, напряженным и сокрушительным “Curse Of The Mind”, который выходит в конце сентября. Мы связались по электронной почте с бывшим барабанщиком, а ныне вокалистом Ааге Креклингом, который, хоть и в суровой и лаконичной форме, но все же поделился с нами всеми подробностями о грядущем релизе.

“Curse Of The Mind” выходит через восемь лет после предыдущего диска “Innhostinga”. Ваша группа никогда не выдавала альбомы по одному в год, но все же таких перерывов у вас еще не было. Почему нового полноформатника пришлось ждать так долго?

Много чего произошло. После “Innhøstinga” мы поехали в тур, а потом вмешалась жизнь. Нам потребовалось расстояние. Главная перемена заключается в том, что я вышел из-за барабанной установки после 20 лет, проведенных за ней. Это было значимое решение. Теперь за барабанами на постоянной основе сидит Исак Ларсен, на басу играет Тобиас Ауберт, и вместе с Симоном (Ларсен, гитара) и Беном (Хансен, гитара) нас теперь пятеро. Кроме того, у нас была пандемия, которая все замедлила. Мы никогда не хотели выпускать альбом просто ради того, чтобы он у нас был. Как только новый состав сформировался, идеи полились сами собой.

Все ваши предыдущие альбомы, начиная с самого первого, “Shades Of Misery” (2006), выходили на лейбле Indie Recordings. Почему издавать “Curse Of The Mind” вы решили на Dusktone? Вы уже почувствовали разницу между этими лейблами?

К Indie Recordings и ко всему, чего мы достигли вместе за 20 лет, мы испытываем только лишь уважения. Но после такого долгого срока само собой приходит желание попробовать что-то новое. Dusktone сразу же поняли наше видение в отношении “Curse Of The Mind” и захотели поддержать его не просто как подборку синглов, а как единую работу. Для нас это было важно.

Впервые за всю историю Iskald вы записывались в студии впятером. Насколько это изменило процесс записи и его результат? Не мог бы ты также сказать несколько слов о троих новых ребятах?

Это поменяло все. Новый альбом впервые ощущается как работа полного состава группы, а не ее ядра из двух человек при поддержке сессионщиков. Бен привнес новые текстуры и атмосферу, Исак – очень динамичный подход к ударным, а Тобиас – партии баса, которые сформировали ход песен и заложенную в них напряженность. Из-за этого музыка стала более многослойной, естественной и непредсказуемой. Это сделало нас более сильными вживую и более сконцентрированными в студии.

В песнях “Curse Of The Mind”, как гласит пресс-релиз, «поднимаются темы психологических страданий, внутреннего конфликта, хрупкой надежды и итогового жертвоприношения». Был ли альбом в какой-то степени вдохновлен ковидными ограничениями? Или же обратиться к таким темам вас заставили какие-то другие факторы?

Если и был, то не напрямую. Пандемия была лишь одним из того, что происходило на фоне, и в то время мы даже изредка выступали в акустике, но этот альбом в гораздо большей степени посвящен тем «психологическим ландшафтам», на которых оказываются многие люди.

Пока вы опубликовали лишь одну полную песню с грядущего альбома, потому что, по вашим словам, его надо слушать целиком. На твой взгляд, что упустит слушатель, если он не последует вашему совету и ограничится лишь парой песен? 

Контекст. Песни вполне дееспособны сами по себе, но они писались как главы более масштабного повествования. “Curse Of The Mind” – наш первый концептуальный альбом, тетралогия, связанная между собою четырьмя «Заклинаниями» (“Invocations”). Они красной нитью связывают все вместе и создают сюжетную канву, которая пропадает, если оставить песни без них. Уберите “Invocations” – и у вас все равно будут песни. Послушайте от начала до конца – и вам будет рассказана вся история.

На всех ваших предыдущих альбомах были тексты как на английском, так и на норвежском языках. “Curse Of The Mind”, поимо всего прочего, стал первым альбомом Iskald, от начала до конца спетым по-английски. Как вы выбираете, на каком языке писать? Из каких-то логических соображений или на уровне инстинкта? 

Отчасти так, отчасти эдак. В этот раз сюжет стал очень существенной частью концепции. У нас он разворачивается в условиях сурового нордического Хельхейма, но Хельхейм – это у нас не место, это внутренний мрак, которому придана форма. Для такой истории английский язык показался нам наиболее естественным. 

Вы никогда не пробовали делать две версии одной песни на разных языках?

Обычно мы в большей степени следуем чутью, чем правилам. Какие-то идеи звучат лучше по-норвежски, какие-то по-английски. Вариант записывать две версии одной песни на разных языках мы не рассматривали никогда – для нас это было бы немного искусственно.

На твой взгляд, обязательно ли понимать смысл ваших песен, чтобы в полной мере проникнуться творчеством Iskald? 

Нет, не обязательно. Музыка должна быть способна передавать эмоции сама по себе. Понимание текстов добавляет еще один уровень, но не является чем-то необходимым.

Iskald никогда не имели долгосрочных творческих отношений с художниками, оформляющими обложки альбомов. Наоборот, вы меняете их чуть ли не каждый раз. Почему для оформления “Curse Of The Mind” вы выбрали студию SG7 Graphics, и какой смысл вы закладывали в эту обложку?

Туомас из SG7 сразу же понял концепцию. В этот раз мы ограничились строгой черно-белой гаммой. Никаких цветов, никаких эпических батальных пейзажей. Мы хотели, чтобы обложка отражала психологический путь, который является стержнем альбома, а не буквально иллюстрировала песни. Одинокая фигура в окружении символов и сужающихся кругов символизирует борьбу против своего собственного разума. Сурово, монументально и экзистенциально. Музыка порой может создавать ощущение удушья, и мы хотели, чтобы оформление отражало этот эффект.

Не мог бы ты также сказать несколько слов о свежих промо-фотографиях группы, на которых вы стоите в воде и на берегу с факелами? Где вы их сделали, и как они вписываются в концепцию “Curse Of The Mind”?

Промо-фтографии сделал Снорре Йоллангер сразу же после нашего выступления на фестивале “Midgardsblot” прошлым летом. С этого началось наше сотрудничество. Мы вместе работаем над тем, чтобы с помощью фотографий, видеоклипов и оформления придать группе более яркую визуальную идентичность. Для нас важно, чтобы визуальная сторона отражала ту же атмосферу и индивидуальность, что и музыка, и Снорре чрезвычайно хорошо понимает, как их уравновесить.

Ты и Симон участвуете в Iskald с самого начала истории группы. Многие музыканты говорят, что сохранять стабильный состав группы сложнее, чем сохранять брак. Ты согласен с этим? 

Целиком и полностью. У любых отношений, которые длятся 20 лет, случаются взлеты и падения, и наши – не исключения. Мы с Симоном собрали эту группу в Сортланде в 2005 году и большую часть взрослой жизни поднимали группу вместе, так что, ясное дело, у нас бывали разногласия. Однако важно то, что нас всегда связывала крепкая дружба. Она дает нам возможность спорить, быть терпеливыми и никогда не сдаваться, когда возникают сложности. У нас всегда было общее долгосрочное видение, хотя по поводу того, как к нему прийти, мы соглашаемся не всегда. Мы никогда ничего не форсировали, и, думаю, терпение – одна из наших самых сильных сторон.

Я видел у вас в соцсетях анонс краудфандинговой кампании по сбору средств на издание вашего дебютника “Shades Of Misery” на виниле. Удалось ли собрать нужную сумму? И нет ли у вас планов также выпустить на виниле два следующих альбома, которые в этом формате также никогда не издавались…

Да, мы очень довольны откликами. Они показали нам, что к нашему раннему материалу сохраняется стабильный интерес. Мы были бы совершенно счастливы увидеть виниловые издания и остальных альбомов. Эти записи заслуживают нормального физического формата.

Как ты сейчас оцениваешь “Shades Of Misery”? Ты слушаешь его с удовольствием, или же хочется все на нем переделать, если бы была такая возможность? 

“Shades Of Misery” всегда будет для нас особенным альбомом. Он в точности запечатлел, где мы были в той точке нашей жизни, и, мне кажется, именно поэтому он до сих пор, 20 лет спустя, остается близок людям.

Кстати, вы на самом деле не думали над тем, чтобы перезаписать какие-то старые песни с теми знаниями и технологиями, которые доступны вам сейчас?

Разумеется, на альбоме есть вещи, которые сегодня мы бы сделали по-другому. У нас больше опыта, лучше оборудование и шире понимание того, как нужно сочинять и продюсировать песни. Но это справедливо в отношении практически любого альбома, если оглядываться на него спустя много лета. Эти песни принадлежат конкретному времени и месту, которые во многом и сформировали их идентичность. Отпраздновать 20-летие альбома выпуском его особого издания на виниле и вернуть часть этих песен в концертный сет – куда более значимые способы воздать почести той эпохе, чем что-то перезаписывать.

На ближайшие несколько месяцев у вас анонсированы три выступления. Какой сет-лист вы для них готовите? Будете исполнять “Curse Of The Mind” от начала до конца или чередовать новые песни со старыми?

Основное внимание будет уделяться новому материалу. “Curse Of The Mind” сочинялся как единое повествование, так что мы хотим воссоздать эти впечатления на сцене настолько, насколько это возможно. В то же время, 2026 год для нас особенный, потому что мы празднуем 20-летие “Shades Of Misery” и недавно выпустили его особое виниловое издание. Так что кажется естественным включить в сет-лист больше песен с того альбома, чем обычно. Кроме того, существуют определенные классические номера Iskald, которые просто-напросто слишком трудно оставить за боротом. Да у нас уже подтверждены три даты в Норвегии – в Буде, Осло и Тронхейме, и мы ищем возможности отыграть еще больше концертов и полноценный тур в 2027 году.

Что лично для тебя означают живые выступления? 

Именно там все сходится воедино. Ты тратишь годы на сочинение, репетиции и запись материала, но песня по-настоящему оживает только тогда, когда она исполняется перед людьми. Есть что-то особенное в том, как ты делишься этой энергетикой с публикой и видишь, как разные люди откликаются на одну и ту же музыку по-разному. Это невозможно воссоздать в студии. И став квинтетом, мы сильнее, чем когда-либо.

В завершение разговора расскажи, пожалуйста, какие задачи вы ставите перед “Curse Of The Mind”? Какие результаты он должен принести группе? Вы рассматриваете его как свой камбэк-альбом, рассчитываете, что он изменит для вас правила игры, или же для вас в приоритете артистическая и эмоциональная ценность новой музыки, а не какие-то карьерные достижения?

Превыше всего прочего мы хотим, чтобы он вызвал отклик у людей. Мы сочинили его не для того, чтобы он стал нашим камбэк-альбомом или каким-то просчитанным карьерным ходом. Мы сочинили его, потому что у нас было что-то, что нам было необходимо выразить. Этот альбом рождался медленно, а потом очень быстро. Идеи лежали у нас годами, но по-настоящему он родился летом 2025 года, когда выкристаллизовалась концепция, и мы пошли в студию Strand в Бейарне, где записали все за 14 дней, вживую и по-настоящему без каких-либо технических фокусов. А сразу же этого Халлстейн Сандвин сделал сведение и мастеринг. Если альбом окажется близок людям, этого для нас достаточно.

Каким ты видишь будущее Iskald через 5 или 10 лет? У вас уже есть какие-то идеи для альбома, который когда-нибудь последует за “Curse Of The Mind”? 

Впервые за много лет будущее видится нам очень четко. У нас сильный состав, обновленная энергетика и много идей. На самом деле, часть следующего альбома уже написана.
А сейчас начинается ритуал. “Curse Of The Mind” наконец-то готов ко встрече с миром, и сейчас мы уделяем все свое внимание тому, чтобы люди испытали его на себе, так что заглядывать слишком далеко вперед мы пока не начали.

Выражаем благодарность Люке Пессина (Anubi Press) за организацию этого интервью

Интервью и перевод с английского – Роман Патрашов
Фотографии предоставлены Anubi Press
21 сентября 2026 г.
(c) HeadBanger.ru