В данном разделе находятся интервью, взятые авторами нашего портала за период с октября 2006 г. Для навигации по разделу пользуйтесь поиском по интересующему вас периоду времени и по группам.

Хотите обсудить интересующее вас интервью? Посетите наше LJ-сообщество по этому адресу.

Joe Satriani

Joe Satriani
Кто прошлое помянет…

09.09.2019

Архив интервью | English version

Молодые гитаристы в наши дни, как правило, начинают в одиночестве. Они упражняются у себя дома, выкладывают в сеть видеоролики со своей игрой и, если им очень повезет, получают приглашение в какую-нибудь группу. Однако так было не всегда, и даже Джо Сатриани, который, казалось бы, всю жизнь занимал со своей гитарой положение в центре сцены и внимания, начинал в самой обычной группе, с песнями и вокалистом. Правда, The Squares (именно так называлась эта группа) не назовешь особенно обычными для своего времени – они хоть и делали упор на хард-рок, но подмешивали к нему целый ряд других стилей, популярных в начале 80-х. «Прижизненной» славы The Squares не снискали, но оставили после себя некоторое количество записей, которые сейчас Джо наконец-то издает на CD. По такому случаю у нас появилась возможность коротко поговорить с мистером Сатриани, и мы воспользовались ею, чтобы расспросить его как о новом (скорее, о старом) альбоме, так и о других сторонах его интереснейшей жизни.

Записи The Squares десятилетиями лежали на полке. Почему ты решил, что именно сейчас настало время показать их публике?


Ты понимаешь, все эти десятилетия мы держались вместе – барабанщик The Squares Джефф Кампителли отыграл на многих моих записях и гастролях, а Джон Каниберти, звукоинженер The Squares с 1980 года, продолжает работать со мной и сейчас, мы с ним сделали больше 18 альбомов, концертных DVD и саундтреков. Мы постоянно работаем вместе, и мы всегда говорили о том, что же нам делать с этими старыми пленками. Мне кажется, после окончания работы над моим документальным фильмом “Beyond The Supernova” и его выхода на экраны я смог по-новому взглянуть на кое-что из этих старых записей. Мне пришла в голову идея – эту старую музыку нужно полностью перемикшировать, как если бы это была новая группа с молодыми музыкантами, которая хотела бы быть восьмидесятнической ретро-группой. Как только у меня появилась эта мысль, я сразу понял, как нужно выбирать песни из старых записей, и как ремикшировать их, чтобы они звучали как будто новый свежий альбом. На самом деле, дело было лишь в том, чтобы определиться, как именно нужно с ними обойтись.

Из названия альбома - “Best Of The Early ‘80s Demos” – можно сделать вывод, что у The Squares было записано гораздо больше материала, чем ты сейчас выпускаешь. Значит ли это, что однажды свет может увидеть “Best Of, часть 2”?

(Смеется). Возможно, название альбома вводит слушателей в заблуждение, и, я не исключаю, что пока альбом не вышел, наш лейбл earMusic его скорректирует, чтобы люди не путались. Мы действительно записали около 30 композиций, но не все они были особенно хороши, и не все они сохранились. Некоторые из пленок настолько испортились, что их невозможно было качественно переписать. Некоторые другие записывались вне стен профессиональной студии, в репетиционном зале или на складе. Так что при выборе материала приходилось учитывать целый ряд ограничений, ну и, конечно, решить, какие песни самые лучшие. Мы хотели, чтобы на альбом попали действительно лучшие вещи, а также чтобы здесь были представлены все периоды существования группы. Поэтому он содержит материал, наверное, четырех разных сессий, состоявшихся в течение четырех лет.

Как ты уже сказал, после распада The Squares ты продолжил сотрудничество с Джеффом Кампителли и Джоном Каниберти, а дальнейшей судьбе басиста и вокалиста Энди Милтоне у меня почти нет никакой информации. Я знаю лишь, что он, к несчастью, умер 20 лет назад…

В 80-х и в начале 90-х Энди продолжал играть с локальными группами в Сан-Франциско, а потом, если не ошибаюсь, он женился и переехал в Аризону. Там он некоторое время занимался сольной карьерой, и мы несколько раз виделись с ним, когда выступали в Фениксе. За несколько лет до смерти он переехал в Техас, не то в Хьюстон, не то в Остин, и продолжил там карьеру автора-исполнителя. Это была его «тема», он хотел работать сольно и не особенно искал для себя группу. Жаль, что все так сложилось – он покинул нас слишком рано, так и не увидев, как наследие The Squares воплотилось в профессиональный альбом. Отчасти именно поэтому я хотел, чтобы этот материал обязательно был издан на профессиональном уровне – я считал, что мы обязаны отдать должное его вкладу в группу.

Оглядываясь назад на карьеру The Squares, считаешь ли ты, что ваш распад был неизбежен, или же он стал результатом каких-то ошибок группы или ее окружения? Другими словами, могло ли все сложиться по-другому, если бы не… что-то?

Думаю, одна ошибка, которую все мы признали годы спустя, заключается в том, что нам надо было выпускать альбом самим. Но тогда в первые годы мы были совершенно уверены, что если мы выпустим альбом самостоятельно, и он будет плохо продаваться, то это произведет плохое впечатление на крупные лейблы в Лос-Анджелесе. А мы не хотели производить плохое впечатление, потому что нам обязательно нужен был контракт с крупным лейблом, мы хотели работать с крутым продюсером и концентрировались на этой цели. Идея продавать альбом самим нас не привлекала, это было что-то типа утешительного приза, а мы хотели получить гран-при, и этим гран-при нам казался контракт с крупным лейблом, который позволил бы нам реализовать свое видение. Но, как мне кажется, со временем движение «сделай сам» развернулось в полную силу, и мы осознали, что это было ошибкой. Она в значительной степени подорвала нашу уверенность в себе и в конечном счете привела нас к распаду.

Насколько я понимаю, сначала “Best Of The 80’s Demos” был официально издан твоим собственным лейблом Strange Beautiful Music, а потом релизом заинтересовались earMusic. Я ничего не путаю?


Да, все произошло очень быстро. Я просто хотел выпустить этот диск и не рассчитывал заработать на нем никаких денег. Я хотел, чтобы он вышел и был доступен всем нашим фэнам, которые в нем заинтересованы, а как это произойдет – не главное. Главным для меня было закрыть пробел в истории, чтобы люди знали, что это была действительно хорошая группа. Но через месяц после того, как мы начали принимать предварительные заказы, с нами связались earMusic и предложили выпустить альбом на должном уровне по всему миру, чего я, конечно, совершенно не ожидал! (Смеется). Я знаю макса с earMusic больше 10 лет, он фантастический менеджер по работе с артистами и репертуаром, и я подумал, что если кто-то и способен понять, в чем смысл этого издания, то это он. Мы напечатали то количество дисков, на которое нам уже поступили предзаказы, а потом отдали все earMusic, чтобы дальше они занимались этим релизом сами.

А ты планируешь что-то еще издавать на Strange Beautiful Music?

Это лейбл, который всегда будет существовать. Но как сольный артист я по-прежнему подписан на Sony/Legacy, а у Chickenfoot по-прежнему действует контакт с earMusic. И, знаешь, у меня хорошие отношения и с Sony, и с earMusic. Думаю, со временем мой лейбл начнет издавать материалы какого-то более личного характера, но сейчас у меня по-прежнему хорошие отношения с мажорными лейблами.

Режиссером видеоклипов, снятых в поддержку альбома The Squares, выступил твой сын Зи-Зи Сатриани, и он же снял упомянутый тобой документальный фильм “Beyond The Supernova”. Как у вас возникли рабочие отношения? Он сам вызвался помочь тебе, или все произошло как-то по-другому?

Здесь все очень интересно получилось. Как он вообще стал снимать - в детстве он увлекался скейтом, а с четырех лет я брал его с собой на гастроли, и пока мы давали концерты, он катался по всему свету и, как любой юный скейтер, снимал себя на видео. Со временем мы поняли, что у него супер-талант к режиссерству и монтажу, так что мы привлекли его к производству наших подкастов – тогда социальные сети еще только-только делали первые шаги. И следующим логическим шагом, когда он вышел на серьезный уровень как кинематографист и закончил университет, было поручить ему большой проект для нас. В конечном итоге, работа над документальным фильмом “Beyond The Supernova” стала совершенно фантастическим опытом. Он единственный человек, кто был способен понять, что происходило в том туре, и разработать сюжет, который лег в основу фильма. В этот раз я знал, что он работает у нас здесь в северной Калифорнии и снимает полнометражный фильм для Сэмми Хагара и его нового альбома с группой The Circle – опять-таки, он делал вещи, которые никто раньше не делал с камерой и монтажом - и я сам обратился к нему с этой идеей (снять видеоклипы для The Squares – прим. авт.). Поначалу он был в некотором шоке – он вообще не знал, что я когда-то играл в такой группе, ведь это было задолго до его рождения. Думаю, для него это был прикольный проект, но, в то же время, и вызов, потому что у него не было никаких видеоматериалов, а только наши фотографии, так что в основу обоих клипов в значительной степени легла его собственная графика.

А на гитаре Зи-Зи не играет?


Играет! И на гитаре, и на клавишах, и поет, и сочиняет много инструментальной музыки для фильмов и видеороликов, над которым он работает. Он очень талантлив.

В последний раз, когда я видел тебя на сцене, ты выступал с проектом G3. И мне всегда было очень интересно, есть ли гитаристы, вместе с которыми ты бы очень хотел сыграть в G3, но это по каким-то причинам не получается…

О, да. Каждые пару лет мы приглашаем Эдди Ван Халена, Джеффа Бекка, Билли Гиббонса, а еще было бы потрясающе вытащить Джимми Пейджа или поехать на гастроли с Брайаном Мэем – теми, на чьей музыке я вырос. Сбылась бы еще одна моя мечта. Но сейчас мы начали больше концентрироваться на поисках молодых музыкантов. Их не так много, как тогда, когда мы начали проводить эти туры – в 1995 году, когда мне впервые пришла идея G3, сцена для гитаристов была куда лучше. А сейчас миром в большей степени правят хип-хоп и поп-музыка, так что гитаристов, которые имеют сольную программу и могут показать ее публике, стало меньше. Трудности есть всегда. Я был бы счастлив поехать в тур с Кирком Хэмметом, но он вечно в делах Metallica (смеется), так что у него нет времени на сайд-проекты. А Джимми Пейдж вообще не играет без Led Zeppelin – ну что тут поделаешь?

Помимо G3, у тебя есть еще предприятие под названием G4. Ты не мог бы рассказать о нем?

G4 – это музыкальный лагерь с «полным погружением», который мы устраиваем каждые полтора года. Это четыре дня круглосуточной игры на гитаре. Я назвал его G4, потому что вместе со мной в нем участвуют еще три суперзвездных гитариста, и мы даем уроки, проводим демонстрации и даем концерты четыре дня подряд. Для меня как для старого учителя это очень увлекательная затея, ведь когда я играл в начинающих группах, я много преподавал игру на гитаре, но когда вышел “Surfing With The Alien” (1988), я перестал преподавать, так что довольно прикольно к этому возвращаться, пусть даже раз в полтора года. Классно снова учить людей путем непосредственного контакта и демонстраций, мне это гораздо интереснее, чем давать уроки каждый день или иногда устраивать мастер-классы. Когда у тебя 200 участников, и ты тусуешься с ними весь день на протяжении недели, это очень прикольно.

Следующий вопрос я уже задавал многим музыкантам, и хотелось бы услышать и твое мнение. Как ты считаешь, творчество идет изнутри человека, или же ты «подключаешься» к чему-то, что уже существует, и выступаешь его «проводником» в материальный мир?

Думаю, это сочетание того и другого. Извне приходит вдохновение, и оно позволяет тебе подобрать ключи к тому, что спрятано внутри тебя. Я не думаю, что творец извлекает свои произведения откуда-то из воздуха, и точно так же мне не кажется, что творчество – это сугубо продукт деятельности мозга. Мое мнение таково – на тебя оказывают влияние люди, которые тебе встречаются, и события, которые с тобой происходят, и эта энергия заставляет тебя заглянуть внутрь и «переработать» там полученные впечатления. А после этого, если ты творческий человек, артист, то она находит выход в виде музыкального произведения, текста, стихотворения, мысли, рисунка – в зависимости от того, какого рода творческой личностью ты являешься.

Мой последний вопрос – о твоих планах на будущее. Ты уже начал работу над следующим сольным альбомом? Или, может, у тебя готовятся какие-то другие проекты?

Сейчас я сочиняю материал для нового сольного альбома, к записи которого я приступлю в начале сентября. Я буду записываться с басистом Крисом Чейни из Jane’s Addiction, а на барабанах ко мне присоединится Кенни Аронофф. А в октябре у меня будет тур, еще один тур “Experience Hendrix” – с Кенни Ароноффом на ударных и басистом и вокалистом King’s X Дугом Пинником.

Официальный сайт Джо Сатриани: http://www.satriani.com/

Выражаем благодарность Максиму Былкину (Soyuz Music) за организацию этого интервью

Роман Патрашов
27 июня 2019 г.
© HeadBanger.ru

(p)(с) 2007-2018 HeadBanger.ru, Программирование - vaneska, Monk. Дизайн - ^DiO^                                                                                                                                                                                                                                                                                       наверх

eXTReMe Tracker