В данном разделе находятся интервью, взятые авторами нашего портала за период с октября 2006 г. Для навигации по разделу пользуйтесь поиском по интересующему вас периоду времени и по группам.

Хотите обсудить интересующее вас интервью? Посетите наше LJ-сообщество по этому адресу.

Dissector

Dissector
Кем мы были, теми мы останемся

27.06.2016

Архив интервью

Наши постоянные читатели знают, что герои раздела «Интервью» возвращаются на его страницы довольно редко, обычно с разницей в несколько лет. Но с нашей предыдущей встречи с лидером Dissector Яном Федяевым прошел всего год, и вот мы снова общаемся с ним при включенном диктофоне. Все дело в удивительной плодовитости Яна – в 2015 году Dissector выпустили полноформатный альбом “Grey Anguish” и весьма внушительный по продолжительности EP “Pride & Hate”, а сейчас на повестке дня уже новый альбом “Planetary Cancer”, который издан авторитетным лейблом Mazzar. Ян тем временем работает еще и над новым альбомом своей второй группы The Lust, для которого (опять же в последний год) ему удалось найти новую вокалистку. Все эти события, а также ряд других, мы и обсудили с Яном и с барабанщиком обеих групп Андреем Глуховым в одном из московских баров.

Несколько лет назад, когда я только получил диск “Not Like Before” (2012), у меня было такое ощущение, что никому вокруг меня название Dissector ничего не говорит. Сейчас, насколько я могу судить, у группы совсем другой уровень известности. По крайней мере, название активно светится в Сети и у многих на устах. Но это мои ощущения, а что ты думаешь по этому поводу сам? Есть ощущение, что работа идет в правильном направлении?

Ян: Да, по сравнению с 2012 годом сделано очень многое, причем с каждым последующим релизом делается все больше и больше. Соцсети играют большую роль, в частности, поддержка коммьюнити Metalheads Forever, ныне Metalheads Foundation, для которого мы осенью прошлого года записали гимн – они очень многое сделали для интернациональной известности Dissector, а что касается России, то большую роль играет «благотворительная» форма существования группы. Практически все, что мы производим, мы рассылаем на рецензии, участвуем в каких-то акциях, раздаём или продаём за копейки. Количество людей, действительно ЦЕНЯЩИХ музыку и поддерживающих музыкантов не пустой болтовней и лайками в соцсетях, а платой за их сложный труд, стало мизерным. В нашем окружении есть такие достойные люди, но их, к сожалению, мало. С финансовой точки зрения компакт-диски и даже хороший мерч уже не так востребованы, и стали лишь сопутствующим дополнением к раздутому имиджу или к концертной деятельности, но именно для создания имени Dissector сделали очень многое по сравнению с годами ранее. При этом мы никогда не платили за контентную рекламу – можно еще это попробовать на каком-то этапе.

Для “Not Like Before” не было сделано ничего, кроме качественного выпуска дисков, на рецензии они отправлялись минимально, в то время как “Grey Anguish” был лично мной разослан рецензентам в количестве более 100 экземпляров. Что, кстати, не много. Некоторые мои коллеги рассылают и по 300-400 самостоятельно напечатанных дисков, а уж количество розданных промо-копий вообще никто не учитывает. Промо-диски “Planetary Cancer” мы пока рассылаем не в таких больших количествах, но, возможно, наш лейбл Mazzar этим озадачится и по своим каналам сделает какой-то промоушен для альбома. Ну, и мы, в свою очередь, на этом не останавливаемся. Когда мы готовили “Planetary Cancer” и общались с гостевыми музыкантами или даже с уже знакомыми нам рецензентами, фидбэк был уже совершенно другой. Нам не приходилось оправдываться, объяснять, что мы здесь делаем, и кто мы такие.

Те рецензии, которые я читаю, преимущественно положительные. Но если на новый диск пойдет вал отрицательных отзывов, насколько это повлияет на творчество? Насколько для тебя вообще важно восприятие твоих альбомов публикой?

Ян: Я должен сказать, что некоторые негативные рецензии на прошлый альбом, которые были написаны качественно, оказали определенное влияние при работе над новым релизом. Это касалось, в первую очередь, звука, потому что бюджет на сведение “Grey Anguish” был ограничен, мы не могли себе позволить выйти за определённые рамки, хотя в той ситуации сделали максимум возможного. Алекс Болотов, который сводил материал, постарался и из ничего сделал достаточно самобытный, на мой взгляд, звук. Я альбом “Grey Anguish” с удовольствием переслушиваю, а в комплекте с неизданными песнями он слушается ещё более разнообразно и интересно. Когда речь заходила о каких-то преференциях в звучании, мы отказались сразу, мы не хотели, чтобы нас под кого-то «накручивали». В этот раз, когда мы работали у Кристиана Шмида на студии Music Factory, этот вопрос тоже возник, он сказал: «Хочешь использовать какие-то образцы для ориентировки?» Да, на мой взгляд, Exodus хорошо звучат, The Haunted мне нравятся, есть и другие отличные образцы современного трэша. Но в итоге мы отказались от этого, и вот уже во второй раз мы получаем звук, по которому нас в какой-то степени можно идентифицировать.

К счастью, позитивных рецензий больше, и они вдохновляют очень сильно. Думаю, я, как и многие другие музыканты, человек восприимчивый и мнительный в том, что касается творчества, и иногда критика с трудом «проглатывается». Если человек аргументированно объясняет, почему он говорит так или иначе, а не просто портит воздух и упивается словоблудием с такими же упырями-троллями, которые даже не слушали контент, а если и слушали, то ворованный мп3, то ничего страшного в этом нет. Когда человек сидит и, к примеру, рассуждает: «Ну, это не звучит как Blind Guardian…», или «не так, как моя любимая группа», в том же mp3-качестве, то, как на это реагировать? С одной стороны, без смеха это читать невозможно, а с другой, понимаешь, что этим товарищам что-то объяснять - смысла нет, да и ни к чему. У нас же как: диванные пионеры-критиканы увидели какой-то заголовок или обрывок фразы – и понеслась, разбираться, почему именно так, или внимательно прочитать целиком – на это времени нет. На словесный понос – время есть, на включение мозжечка – нет. И уж тем более, если группа русская. Раз русская, то куда ей тягаться с теми и этими. Ладно было бы, если бы мы делали коммерческий проект с фиксированной оплатой, тогда на этих рецензентов вообще было бы плевать с высокой башни, а когда ты через себя это пропускаешь…

Ты говоришь, что вы учли критику в адрес звука. А как конкретно это происходило? Вы взяли и решили: «Вот это и это будем менять?» Или просто так вышло за счет того, что студия сменилась?

Ян: Еще на стадии сведения “Grey Anguish” и мне, и Алексею Болотову, которого я очень давно знаю и считаю очень продвинутым в российских реалиях звукорежем, было понятно, что нам есть, куда расти. Есть вещи, через которые в его технических условиях и в моих бюджетных невозможно было перепрыгнуть и поднять планку выше. Я лишний раз подчеркну, что всем музыкантам звук понравился, на том этапе это было отлично, и даже когда сейчас его слушаешь, не возникает ощущения, что можно было бы накрутить получше.

Андрей: У меня возникает. Барабаны могли бы быть получше.

Ян: Не знаю, я как-то за время микширования так сжился с этим материалом…Понимаю, что и по записи и технике игры можно было бы много чего улучшить. Но европейские рецензенты, которые пишут для “Rock Hard” или для крупных порталов типа Metal.de - люди избалованные. Естественно, они звук воспринимали резко критически – у них перед глазами всегда будут образцы из дорогих студий. Для таких критиков русские музыканты могут улучшать себя бесконечно, те всё равно будут крутить носом. Поэтому когда зашел разговор о том, чтобы новый релиз максимально улучшить, насколько мы в состоянии, то вопрос об изменении звучания встал первым. Стало интересно, а что скажут, если использовать европейскую студию? Это обошлось нам гораздо дороже, чем в прошлый раз, но удалось получить результат требуемого качества.  

“Grey Anguish” был первым альбомом Dissector за много-много лет, на котором снова собрались участники старого магаданского состава. Сейчас этот же состав записал уже второй альбом. Изменился ли процесс взаимодействия между музыкантами? Увеличилось ли влияние Андрея и Олега на материал?

Ян: В целом, процесс производства не изменился. Все начинается с моего сочинительства, и далее каждый вносит свой вклад, но уже не на стадии сочинения, а на стадии аранжировки. За барабаны полностью отвечает Андрей…

Андрей: Ян мне каркас обрисовывает, «хочу, - говорит, - чтобы было примерно так». А в остальном я что хочу, то и делаю.

Ян: Олег в свое время хотел что-то сочинять, были у нас напряженные разговоры на эту тему, ему, видимо, не хватало этого. И этот вопрос мы, в принципе, никогда не закрывали – если ты приносишь песню, то мы готовы ее разучить и записать. Но до этого так и не дошло. Так что по сравнению с “Grey Anguish” ничего не изменилось. Другой вопрос, что такая тщательность подхода, желание сделать что-то большее отразились на подготовке материала. У нас появился новый автор текстов, голландец Рэнди Герритсе, большой фанат Metallica, активный посетитель метал-фестивалей и продвинутый слушатель. Он, как человек «импортный», за работой следил очень пристально и делал определенные замечания по вокалу и произношению, в первую очередь. Мы что-то переделывали, перезаписывали, и оказывалось, что большинство замечаний очень даже в тему. Бас долго записывался, Олег очень тщательно сидел над каждой песней… Более тщательно и без спешки прописывались гитары. Другими словами, в этот раз было меньше спонтанности. Да и сама работа с перерывами растянулась практически на полгода; честно говоря, для меня это слишком долго.  

А бывает такое, что Олег или Андрей говорят: «Эта песня не нравится, не будем ее записывать»?

Ян: С Олегом такого ни разу не было, а с Андрюхой случалось…

Андрей:
Так никуда эти песни и не пошли.

Ян: Было несколько песен, они у нас до сих пор лежат, и я ищу способ достучаться до Андрюхи, чтобы он этими песнями в итоге занялся. (Смеется). Но таких песен осталось очень немного, и это меня, конечно, радует. Некоторые песни остались в загашниках только потому, что до них не дошло дело на стадии записи гитар. Они так и ждут своего часа в виде демо. А есть несколько песен, которые уже практически готовы, даже вокал записан, но для них нет баса или барабанов. Я не люблю, когда что-то пропадает, и всегда стараюсь песни как-то реанимировать и доделывать до конца. И так все дается с большим трудом, поэтому не хочется, чтобы вложенные усилия пропали зря. Сейчас мы запустили краудфандинговый проект, в рамках которого планируем кое-что из старого материала довести до реализации. Чаще всего отказ от той или иной песни происходит у The Lust. Это случается, когда вокалистка выбирает материал под себя. Но это рабочий момент - если человеку комфортнее работать с определённой песней, я иду навстречу и никого не заставляю. Хорошо, что сочинительство даётся легко, и можно предложить сразу несколько треков на выбор.

Расскажи, пожалуйста, поподобнее о вашем новом авторе текстов. Откуда взялся Рэнди, и почему вы решили отдать тексты ему?

Ян: Это получилось благодаря нашему знакомству с ресурсом Metalheads Forever. Это достаточно серьезный ресурс, 78 тысяч фолловеров. Познакомились мы с ним через его модератора Таню Легранд, живущую во Франции. Она разместила на этом ресурсе несколько наших песен. Рэнди тоже был модератором этого портала, и чем-то его наше музло зацепило. Дело было во времена “Grey Anguish”, мы тогда публиковали наши песенки везде, где можно, как вошедшие в альбом, так и не вошедшие. Когда ресурс нам предложил записать свой официальный гимн, мы, конечно, согласились, и быстро это дело организовали. Параллельно выяснилось, что Рэнди много лет назад писал тексты песен. И вот, послушав наш материал, он вдруг вдохновился и начал пачками писать тексты. Ему присылаешь утром демо, а в обед он уже шлет готовый текст на грамотном английском. Он нам сказал: «Я за три года не написал ни строчки, и уже не надеялся, что когда-то буду участвовать в таких проектах». В итоге он написал текст на песню “Metal On Loud”, которую мы затем передали ресурсу в пользование, и общение с ним продолжилось. Я поделился с ним первыми демо “Planetary Cancer”, и так пошло – один текст, второй, третий… Несколько текстов ему пришлось переделать полностью, никак они не шли, в общем, работа проделана большая. Думаю, его участие, его тексты и его корректура тоже сказались на «фирмовости» релиза. Ему со стороны было виднее – тексты же его, ведь я где-то в спонтанном студийном угаре нет-нет, да и ляпал слово неправильно.

А почему вы не поставили “Metal On Loud” на альбом?

Ян: Была идея летом выпустить отдельный EP “Metal On Loud” с хорошим оформлением, это мы обсуждали с порталом, и они даже запустили конкурс на лучший кавер на эту вещь. Я, правда, не знаю, продвигают они его или нет, но были «афишки» в соцсетях. Пока я не слышал никаких вариантов и не знаю, чем это закончится, но я решил эту песню придержать до появления результатов. На этот ЕР можно было бы поместить саму песню, кавера, ремиксы, какие-нибудь ауттейки, и получился бы такой “special”, но пока ничто не указывает на то, что он будет выпущен в задуманном виде. Но даже если из этого ничего не получится, песня так или иначе на какой-нибудь диск попадет. В CD-версии она будет. У нас уже есть мастеринг “Planetary Cancer” с тремя бонусами, один из них – “Metal On Loud”, а две другие – неизданные песни. Они были записаны чуть раньше, в отчасти авантюрных, скажем так, условиях, но Кристиан их подтянул под нужное качество. Если в Европе появится заинтересованный издатель – мы пока этим вопросом серьезно не занимались, сейчас хватает дел, но потихоньку я его подыскиваю – то выпустим “Planetary Cancer” и с “Metal On Loud”. Если и из этого ничего не выйдет, то она и в этом случае не пропадёт. Или это будет релиз к 25-летию Dissector, или какой-нибудь EP, но что-то будет. Ты, кстати, не первый задаешь этот вопрос, но мне хотелось, чтобы “Planetary Cancer” был полностью новым, а эта песня и так засвечена уже везде.

Когда мы с тобой делали интервью год назад, ты говорил, что у тебя есть идея позвать на некий новый релиз много гостевых вокалистов. А в итоге на “Planetary Cancer” у вас много гостевых гитаристов и только одна вокалистка. Как произошла такая трансформация идеи?


Ян: Идея, на самом деле, осталась. После нашего с тобой разговора я поискал людей, но кого-то быстро найти оказалось сложновато. У кого-то времени нет – Йохан Лиива (экс-Arch Enemy) отказался из-за нехватки времени. Был не против вокалист Saxon, но за «бабки». Были и другие варианты – Onslaught, например, всякие олдскульные люди, на которых есть выход у Metalheads Forever, хотелось, чтобы это были культовые люди. Не то, чтобы я против андеграунда, я уверен, что в андеграунде есть потрясающие вокалисты, но хотелось бы успеть поработать именно с известными людьми. Поэтому когда дело дошло до производства нового альбома, эта тема уже сошла на нет, и возникла мысль о гостевых гитаристах. Они оказались покладистее, более легкими на подъем. Кто-то из них записывался платно, но я не вижу в этом проблем. А тема с вокалистами осталась: у меня лежит порядка 10 песен для гостевых вокалистов, и кто-то, может быть, в итоге согласится. Одну песню вроде бы согласилась исполнить Рашель Грех (вокалистка мальтийской группы Blind Saviour, которая уже сотрудничала с Dissector на “Planetary Cancer” – прим. авт.), для нее есть «медляк», демо уже у нее, но запишет или нет – не знаю. Эту песню (“Invisible Lives”) она писала долго, но она сама по себе очень занятая: задействована в мальтийской опере, да ещё и многодетная мама, кстати, с приёмным ребёнком из России. И она не записывает вокал дома в дешевый микрофон, она идет в студию и делает все основательно и серьёзно. Я буду рад, если она еще что-то нам запишет. Во многом дальнейший поиск гостевых музыкантов будет зависеть от успеха краудфандинговой кампании в поддержку юбилейного релиза.

Давай мы подробнее поговорим о краудфандинге. Какой цели вы с помощью него хотите добиться? Почему на данном этапе возникла идея попробовать такую форму взаимодействия с публикой?

Ян: Одна из главных причин – просто попробовать и, видимо, сделать определённые выводы. В чём-то себя убедить и разубедить. Мы никогда ничего подобного не пробовали, и известно, что этим не брезгуют и многие известные музыканты. Они, конечно, запускают свои проекты в Европе и Америке, где люди не пугаются таких вещей, мы тоже, думаю, со временем этим займёмся, но пока решили запуститься на российской площадке. Цель – выпустить юбилейный независимый релиз небольшим тиражом в каком-нибудь очень хорошем формате, либо винил сделать, либо бокс, либо, если это останется на уровне CD-диджипака, предложить людям много каких-нибудь дополнительных фичей, синглов, мерча и т.д. На все это нужны деньги. Также будут нужны деньги на сведение, а сделать все хочется максимально качественно, и мы понимаем, что платить за все это из своего кармана будет адски неподъемно. Теоретически, можно вообще на это забить, но юбилей хочется как-то отметить. В данной ситуации мы получили бы максимум удовлетворения от того, что в создании такого релиза примут участие сторонние слушатели, потому что все эти финансовые и прочие жертвы с нашей стороны, конечно, несут с собой определенный негатив, бывают моменты, когда руки опускаются, и отсутствие отдачи не может радовать. Это даже не наши субъективные ощущения, это уровень существования нынешней музыкальной индустрии. И краудфандинг – одна из немногих возможностей для музыканта в России почувствовать себя востребованным. Когда люди могут рублем проголосовать за ту или иную песню или «заставить» музыкантов сдвинуть с мёртвой точки альбом – это же здорово! Для студийного музыканта это максимальный интерактив, который можно себе представить.

Расскажи подробнее, что вы предлагаете акционерам.

Ян: В первую очередь, это масса неизданного материала, который мы хотим доделать очень качественно – с гостевыми гитаристами, вокалистами и т.д. Набирается порядка 15 таких песен, так что есть, где разгуляться. Может, и на два диска потянет. Еще один из основных пунктов – перезапись нескольких старых песен Dissector…

Сколь старых?

Ян: Начиная с ранних демо, с 1993 года. Не знаю, сработает проект или не сработает, но мы все равно проведем какой-нибудь конкурс на площадках, которые могут это позволить (опросники не везде есть, к сожалению), чтобы люди выбрали, скажем, три песни из предложенных. Выбор будет ограничен, потому что часть раннего материала Dissector сочинена не только мной, а я не хочу бывших коллег на эту тему лишний раз беспокоить. Но те песни, авторство которых полностью за мной, я просмотрю и предложу людям на выбор. Чаще всего упоминаемые треки будут нами перезаписаны. Это тоже дело, требующее дополнительных финансовых вложений, я уж молчу про время.

В зависимости от собранной суммы будет определен формант издания. Для меня диджипак – это не предел мечтаний, я хочу сделать бокс с винилом. Мы с нашим дизайнером Пашей Антоновым давно уже обсуждали эту тему: когда это стало модным, At The Gates, Katatonia, Paradise Lost стали выпускать альбомы винилового формата, так называемые арт-буки, и мы сразу загорелись идеей сделать арт-бук с парой дисков внутри и винилом. Такая реализация была бы идеальной, пусть и в каком-то минимальном количестве 30-50 штук. Можно поставить на второй диск демо, еще сейчас популярна идея с «минусовками», а у нас их тоже хватает, и приложить к этому виниловый сингл – есть у меня пара песен, как раз под такой сингл отложенных. Но сколько это будет стоить (смеется), особенно с учетом того, что и оформление такого арт-бука тоже должно быть уникальным и лучшего качества… Все деньги расписаны, что куда пойдет. Никаких наших карманных расходов, на проезд и прочего в бюджет не включено.

Мы попытаемся максимально поддержать этот проект новостями, какими-то интересными фанатскими акциями, новым мерчем и т.д. Но я в отношении этого проекта иллюзий не питаю. Я всегда рассчитываю на хороший результат, но я понимаю ситуацию и давно по таким поводам не нервничаю. И, тем не менее, если это осуществится, то это будет офигенный юбилейный релиз. После такого релиза карьеру можно завершить. (Общий смех).

Продолжим тему музыкального бизнеса. Что изменилось для группы после подписания контракта с Mazzar Records?

Ян: Пока ничего не изменилось, я еще даже не подержал диск в руках. Мы должны получить авторские копии, но они почти все разойдутся по участникам записи, у нас, может быть, останется по одной-две штуки. В то же время, с точки зрения уверенности в себе это важно, это ведь официальный контракт с передачей прав на территории России и т.д. Общение с Николаем Мамаевым с Mazzar складывается вполне позитивное, лейбл открыт для сотрудничества, и я надеюсь, какая-то реклама с их стороны будет. Кроме того, европейские рецензенты, когда за группой стоит лейбл, уже относятся к тебе по-другому. Когда они видят релиз со штрих-кодом и каталожным номером, у них в голове что-то меняется. Селф-релиз – на уровне “Rock Hard” или “Metal Hammer” это почти ругательное слово, что-то из третьего мира. Некоторые европеоидные издания, не буду их упоминать, русских вообще за людей не считают.

На вашем EP “Pride & Hate” присутствует несколько электронных ремиксов, которые вызвали у многих любителей тяжелой музыки определенное недоумение. Расскажи, пожалуйста, как они появились и с какой целью?

Ян: Я человек музыкально всеядный, поэтому не нахожу в этом криминала.

Андрей: Даже мне понравилось!

Ян: В любом случае, это лишь EP, выпущенный тиражом всего 100 экземпляров. Но причины появления этих ремиксов не только в ограниченном количестве. У нас есть питерские коллеги – музыканты и диджеи, которые нас всячески поддерживают с самого начала нашей профессиональной деятельности. Антон, он же DJ Q-Ran – он не танцевальный диджей, а по тяжеляку - делает нам ремиксы, а Electro_Senka, он же Сеня Обломкин – это звукорежиссёр, у которого мы пишем все вокалы. При этом он сочиняет тонны электронной музыки, и у него на собственных работах дико глумливые тексты. Я очень жалею, что такой талантливый человек не известен широкой публике. Концентрация глума и стеба в его текстах зашкаливает, и все это замешано на старом синтипопе. Оба они всегда шли нам навстречу и настолько необычно подавали наш материал, что мне очень хотелось продолжать с ними работу, чтобы они присутствовали где-то. Я люблю физические носители, и уже во времена “Grey Anguish” идея что-то издать с ними обсуждалась, но как-то все откладывалось. Была даже идея выпустить отдельный диск с ремиксами, но в итоге получился такой EP. Я решил не откладывать его появление в долгий ящик, тем более что в поддержку “Grey Anguish” нам нужен был пиар на разных площадках – и на электронных, и на альтернативных. И я посчитал, что это подходящий момент, чтобы выпустить ремиксы. Туда не все вошло, к тому же, уже есть новые ремиксы, например, Q-Ran ремикшировал “Metal On Loud” и наш новый сингл “Currency Of Life”, а в будущем я к нему обращусь с The Lust. Может быть, Сеня тоже что-то сделает. Я в этом не вижу ничего зазорного, повторюсь, хотя понимаю специфику металлических рецензентов, не все они воспринимают такие смешанные релизы. Я это принимаю во внимание и готов нести за это ответственность, но есть еще фактор дружбы и поддержки, потому что для кого-то это вообще первый физический релиз, в то время как все остальное существует в электронном виде, а для кого-то это признание качества их работы. Эти ремиксы они нам делали и делают безвозмездно, и мы хотим хоть как-то их отблагодарить.

А в клубах эти ремиксы звучат?

Ян: Вот этого я не знаю. Сеня – он персонаж специфический, и если он играет по клубам, то старается выступать с каверами. Это такой олдскульный парень, играет на старых «железках» и делает русскоязычные кавера на Fancy, Элтона Джона, Secret Service и т.д., но это очень классно сделано. А его собственные русскоязычные тексты, глум-панк и все такое, сидящая и пьющая публика не воспримет. Он ведь как раз и поет про эту тупую публику с этой их примитивной вкусовщинкой. Антон Q-Ran играет регулярно в «Синем Пушкине», есть такой питерский клуб, и устраивает очень жесткие сеты. Возможно, он что-то ставит и из нашего, но я точно не знаю. Надо будет у них поинтересоваться, хороший вопрос.

Несколько лет назад у вас на ресурсах публиковалось много воспоминаний и артефактов об истории Dissector магаданского периода. Потом, когда у группы пошли актуальные релизы, это ушло на задний план. Нет ли у вас планов продолжить летопись того периода?

Андрей: Можно, конечно, повспоминать что-нибудь. Столько же всего было.

Ян: Что-то будет обязательно, для поддержки краудфандинга эти воспоминания очень полезны. Но нужно учесть, что концертная деятельность первого состава в силу обстоятельств была не столь активной. Больше у нас было активности, связанной со средним этапом в истории группы – с Dissector/Vivarium. И фотографий больше сохранилось той поры, и видео, и людей, которые ходили на концерты и много чего помнят. Видеоматериалов нашей совсем давней поры не осталось.

Андрей: Мы хранили видео с первого фестиваля, оно было у нас на VHS, а потом куда-то делось…

Ян: У меня сохранилось большое количество видеокассет с записями концертов Dissector/Vivarium, и я до недавних пор был уверен, что там есть и совсем старые видео, но когда я в последний раз копался в архивах, к сожалению, самых ранних записей не обнаружил. При этом я уверен, что у меня нет многих материалов, которые в природе всё-таки существуют. Особенно последних лет существования магаданского состава Dissector, когда у нас был второй вокалист, и мы играли скоростную программу в духе Benediction. Даже аудио-материала не сохранилось, только демо пары треков. Полностью мы не успели записать те песни, но я знаю, что люди в конце 2001 – начале 2002 снимали на видео наши концерты полностью. Однако у нас их нет.

Как обычно, пара вопросов про The Lust. Я знаю, что у вас есть новая вокалистка, и что вы наконец-то записываете новый альбом. На какой стадии сейчас находится работа над ним?


Ян: Для альбома осталось записать кое-какой бас, сейчас мы этим занимаемся, а также ждем пару гостевых соло. На альбоме будет три гостя-гитариста, мы не стали много народа приглашать. Один из них – Маркос Родригес из нового состава Rage. Еще один гость – Игорь Арбузов, питерский музыкант из группы Blazing Rust, который ранее уже записал нам соло на альбоме Dissector, а третий – Шон Мицци, гитарист мальтийской группы Angelсrypt и серьёзный в масштабах Мальты организатор рок-концертов и всяких фестов.

Как у вас с Мальтой-то дела пошли… Вроде там и населения почти нет.

Ян: И тем не менее… Мне важно, насколько быстро люди реагируют на мое обращение, с каким воодушевлением они за это берутся. Кто-то за деньги, кто-то нет, но я считаю, что это нормально. Главное – посыл. Будут и другие гости, но пока не буду называть все имена, я постараюсь их анонсировать постепенно, когда мы начнем сведение, как мы это делали с Dissector. Могу рассказать только, что я нашел отличных московских музыкантов, которые без лишних слов записали для альбома почти все клавишные. Было легко с ними работать, это классно звучит и будет отличаться от наших предыдущих альбомов с качественной точки зрения! Наконец, у нас новая вокалистка Анна из проекта Decadence Dust, у нее совершенно другой вокал, и у музыки появилась совершенно другая аура. Для нее не подходят критерии, которыми мы оценивали вокал прошлой вокалистки, с приходом Анны материал зазвучал иначе.

Откуда взялась тема альбома, почему он посвящен убийству Черного Георгина (нашумевшее нераскрытое преступление, произошедшее в Лос-Анджелесе в 1947 году – прим. авт.)?

Ян: Эту концепцию подняла на поверхность Анна. Я когда-то слышал про эту историю, кино смотрел, группа The Black Dahlia Murder, опять же, на слуху … Кстати, их бывший гитарист тоже предложил нам записать соло, но за космические деньги. Конечно, это было бы прикольно, но, увы… Облик Черного Георгина будет фигурировать и в оформлении альбома. Оформление получается чумовое, Паша Антонов извратился на славу.

Аня говорила в интервью, что Черный Георгин проникла и в тексты Dissector, но я, честно говоря, не уловил связи…

Ян: А сходу и не скажешь. Только когда люди получат на руки буклеты альбома The Lust “Black Dahlia Poem” и альбома Dissector “Planetary Cancer” и сравнят их, они смогут при желании уловить связь. Внешне в буклете альбома Dissector это не проявляется, но если начать вникать в тексты и внимательно рассмотреть оформление “Black Dahlia Poem”, то возникнет маленькое произведение искусства.

А в этот раз в буклете будут тексты?

Ян: Будут – и у Dissector, и у The Lust. Так вот, связь. Всего рассказывать не буду, скажу, только, что она как раз будет через один из текстов с нового альбома Dissector, посвящённого деструктивным проявлениям человеческой натуры. Это единственный текст на альбоме, который в этот раз написал мой коллега, вокалист группы Grenouer Андрей Мерзляков. Вот этот текст как раз и связан с Элизабет Шорт. Конечно, Андрей вкладывал в него совершенно другой смысл, но если ознакомиться с подробностями преступления, то смысл текста становится с ног на голову, и появляется привязка к оформлению и текстам The Lust. Людям, которым нравится листать буклеты и находить такие мелочи, будет интересно.

Я, наверное, повторяюсь, но все-таки задам этот вопрос. Когда вы подписали контракт с Mazzar, вам там не сказали: «Вот, теперь вы у нас под контрактом, а у нас намечается свой фестиваль, так что давайте, выходите на сцену»?

Ян: Мы этот момент с ними обсуждали и сразу четко дали понять, что мы, к сожалению, студийный проект. Нас и раньше звали и на фестивали, и на совместные гастроли по России, и сейчас время от времени предлагают. На Мальту даже хэдлайнерами звали! Почётно, конечно, но – увы, нет. Mazzar, кстати, предлагал разные варианты сотрудничества, но мы выбрали сотрудничеств в качестве студийного коллектива. Я неоднократно в интервью говорил, что для нас живая деятельность пока является неподъемной и по ресурсам, и по времени. Мы все живем в разных городах и с большим трудом пересекаемся. Но я знаю этот концертный кайф, и я понимаю, что в нашем случае это был бы большой шаг с точки зрения продаж собственной музыки и продвижения имени… Андрей, что скажешь? Хочешь на сцену?

Андрей: Хочу. Но понимаю, что это нереально.

Ян: Не то, чтобы это невозможно. Мы как раз не говорим, что это не осуществимо. Но мы понимаем, что это от нас потребует многих изменений в жизни, и не каждый готов пойти на это.

Андрей: Не будем зарекаться, и ставить точку. Кто его знает…

Ян: Возвращаясь к теме краудфандинга и прочих мифов, связанных с поддержкой лейблов: дадут денег – мы займёмся концертами. Не потому что мы так любим деньги. Мы, конечно, их любим (общий смех), но они никак не влияют на наше творчество и его содержание. Кем мы были, теми мы остаемся и останемся. Но для музыканта, особенно в России, это большой генератор энергии. Так что если будет бюджет – почему бы нет?

Официальный сайт Dissector: http://www.dissectorband.ru

Роман Патрашов
12 июня 2016 г.
(с) HeadBanger.ru

(p)(с) 2007-2018 HeadBanger.ru, Программирование - vaneska, Monk. Дизайн - ^DiO^                                                                                                                                                                                                                                                                                       наверх

eXTReMe Tracker