Freedom Call
История прямо за углом

11.02.2010

Архив интервью | English version

В ожидании нового релиза от немецких пауэр-металлистов Freedom Call мы задумали взять интервью у солиста группы Криса Бэя. Задумать-то задумали, а вот воплотить благой замысел в жизнь оказалось не так просто. Интервью получилось у нас только с третьей попытки. Первый «блин» вышел комом из-за чудовищной связи – мы с Крисом совершенно не слышали друг друга. Второй – из-за «несовпадения» во времени. Я уже отчаялась и приготовилась к худшему (на мой взгляд) варианту – письменным ответам на вопросы, отправленные по электронной почте. Но ответственный Крис все же решил довести дело до конца и назначил мне третью «явку». И вот, прямо как в сказке, на третий раз нас ждала удача. И связь оказалась такой шикарной, что хоть шепотом говори, и времени у Криса было предостаточно. В итоге у нас получилось почти часовое интервью – о новом альбоме под загадочным названием “Legend of the Shadowking”, о королях, рыцарях и волшебниках, о свободе, любви и конце света.

Первым делом необходимо выяснить, кто же такой “Shadowking” («король теней»)?


Это вполне реальная личность в истории Германии. Он жил в 19 веке, его звали Людвиг II. Он был королем Баварии – части Южной Германии, откуда родом наша группа, Freedom Call. Именно поэтому мы и решили использовать образ Людвига II, он часть нашей истории. Многие металлические группы заглядывают в отдаленные эпохи, вроде времен Средневековья, и пишут свои тексты о рыцарях и драконах. А для нас история оказалась прямо за углом.

То есть, на написание целого альбома об этом короле вас подвигли национальные чувства?

Да, наверное. Мы со школы знаем о Людвиге II. Он построил здесь в Германии несколько известных замков. Один из них, Нойшванштайн, действительно очень знаменит – особенно среди японских туристов. А еще Людвиг II был близким другом немецкого композитора Рихарда Вагнера. Вагнер на протяжении десяти лет жил поблизости от нашего родного города, в Байройте – до него всего-то полчаса отсюда ехать. В общем, все так сошлось - король Людвиг II, Рихард Вагнер и некоторые моменты нашей истории – что нам захотелось написать об этом.

В своих песнях вы нередко используете образы великих воинов и королей прошлого (как в данном случае). Вам кажется, что современному миру не хватает доблести и благородства, и что настоящих героев сейчас нет?

Да, сейчас сложно найти героев. Может быть, современное общество просто не дает героям сформироваться. Возможно, во всем виноваты средства массовой информации. Сейчас столько телеканалов, есть частное телевидение и все такое – поэтому все всё знают, ничего не скроешь… А мне кажется, что герой должен быть окружен ореолом тайны. Какой из тебя герой, если каждому про тебя все известно? Герой не должен демонстрировать какие-то эмоции, он не может нуждаться в чьей-то помощи. Он должен быть несокрушим. Он не может лить слезы, не может быть беспомощным. И если раньше можно было скрыть какие-то свои ошибки и слабости, сейчас это невозможно.

Ты упомянул «несокрушимость», но ни словом не обмолвился о «борьбе». А ведь многие ваши песни звучат просто как гимны борьбе. Вы считаете, что все проблемы решаются силой?

Ну, мне кажется, что самая опасная вещь - не вооруженные силы, а деньги. Это главная причина агрессии и всяких войн между людьми, нациями или, может быть, планетами. Вот это самая большая сила, и против нее невозможно бороться. Но когда-нибудь все это закончится. Я верю в это. Наверное, случится глобальная катастрофа. Знаешь, нашей планете все равно, есть люди или нет их. Ей, может быть, понадобится пара миллионов лет на восстановление. Но для нее это не проблема, природа очень сильна. Возможно, после глобальной катастрофы человеческая раса начнет все заново. Но сейчас уже ничего не изменить. Все эти бесконечные дискуссии по поводу загрязнения окружающей среды, использования маленьких машин и сокращения объемов промышленного производства совершенно бессмысленны, на мой взгляд. Процесс уже необратимый. Так что через десять тысяч лет, а может и через десять лет, произойдет катастрофа.

Ужас какой!

Ну планета-то останется. Давай сменим тему. (смеется) Мы пишем тексты о воинах, да.

И не только о них. На новом альбоме я обнаружила две песни о Мерлине, легендарном волшебнике. Как он оказался в одной компании с королем Людвигом?

Изначально это была одна песня, но мы разбили ее на две. Одна из них быстрая, с высоким вокалом и скоростными гитарами, и вторая – это баллада, в ней повторяется тот же припев, но уже совсем с другим настроением. Вы словно видите Мерлина с двух разных сторон. Первая песня немного «нервная», и она показывает Мерлина как очень сильную личность. А в балладе проступает его «меланхоличная» сторона. Песня о Мерлине не входит в концепцию альбома о Людвиге, между этими двумя героями нет ничего общего. Мы написали эту песню еще до того, как решили делать альбом о короле Людвиге, а потом не захотели менять в ней текст, потому что он был очень органичен. Так что эта песня осталась в первозданном виде, но не вписалась в замысел альбома. В ней рассказывается об отношениях между Мерлином и Морганой. Он полюбил ее, но не добился взаимности. А потом она его заколдовала, и он не смог от ее заклятия избавиться. Может быть, главная идея здесь заключается в том, что иногда любовь так и остается безответной. Короче говоря: берегитесь женщин! (смеется)

Значит, Мерлин превратился у вас в романтического героя…

Что-то вроде того. Хотя романтики маловато, потому как нет хэппи-энда. Но в каком-то смысле да.

Раз уж мы заговорили о волшебниках, скажи, ты веришь во что-нибудь сверхъестественное, в какие-нибудь магические силы?

Да, если это касается музыки. Лучше не переносить реальную жизнь на музыку и наоборот. Легендам, волшебникам и драконам место в моей фантазии, они вдохновляют меня на создание музыки. Но в реальность я свои фантазии воплощать не хочу. Когда приходит время платить налоги, мало кого интересуют мои фантазии. (смеется) Если я стану рассказывать инспекторам о драконах, для меня это может плохо кончиться. Так что они нужны мне только для вдохновения.

То есть в твоей реальной жизни ничего волшебного не происходит?

В общем-то, моя жизнь и есть волшебство. Музыканту в любом случае нужна помощь каких-то высших сил, чтобы он смог написать какой-нибудь текст или сочинить музыку. В реальности сложно найти что-то вдохновляющее. Особенно такой группе, как Freedom Call, которая пишет песни о всяких сумасшедших. (смеется) Я серьезно, король Людвиг именно потому так знаменит, что он был не в себе. Он не очень-то выдающийся политик, потому что он всегда был слишком далек от реальности.

И вы тоже стараетесь создать «мир фантазии» и жить одновременно на два мира?

Можно и так сказать. Но это не значит, что я прячусь от реальности, я никогда не пытаюсь «сбежать» из настоящего мира. Думаю, нужно и в реальном мире крепко стоять на ногах, и в фантазийном мире не терять себя. И жить все-таки нужно одной жизнью, а то так и до шизофрении недалеко. (смеется) Этого мне еще не хватало. Но, конечно, когда я пишу песни, я «ускользаю» в свой собственный мир творчества. Да, его скорее стоит именно так назвать - «мир творчества», а не «мир фантазии». Потому что фантазия - это что-то бесплотное, а творчество вполне можно осознать, его можно перенести на бумагу.

Ты интересуешься легендами и фантастическими историями. У тебя есть какие-то любимые истории, которые нравятся тебе с детства?

О да, я очень увлекался «Властелином Колец». Но фильм я не смотрел. Я как-то попытался, но они там столько всего поменяли, если сравнивать с книгой… Мне кажется, эту книгу довольно трудно читать. Толкин писал ее очень-очень долго, больше десяти лет, по-моему. И когда ты читаешь ее, ты можешь заметить, что в какие-то моменты он как будто задумал одно, а в итоге написал другое. Поэтому иногда его сложно понять, ты теряешь нить мысли и путаешься. Но все равно это очень увлекательная книга. А в раннем детстве меня больше интересовали сказки. У нас в Германии было много знаменитых писателей-сказочников, и от родителей и школьных учителей я услышал много замечательных сказок. Может быть, они и побудили меня писать фэнтезийные песни.

У вашей музыки очень оптимистичное, активное настроение.  Вы можете похвастаться «позитивным мышлением»? Вы такие радостно-бодрые по жизни?


Да, я понимаю, о чем ты. Давай вернемся к началу нашего интервью – где я говорил о конце света. (смеется)

Да уж, было странно слышать от тебя такие вещи!

Ну ладно, я же не совсем серьезно. Мы очень позитивная, оптимистически настроенная группа – все без исключения. Мы часто улыбаемся и смеемся на сцене, и люди видят, что нам действительно нравится то, что мы делаем. Хотя металлистам как будто запрещено улыбаться на сцене, быть счастливыми или одеваться в светлую одежду. Существуют всякие клише. Но мы ко всему относимся совсем иначе. Особенно к живым выступлениям. Мы выходим на сцену, чтобы подарить людям хорошее настроение. Возможно, у них куча проблем в жизни, и, заплатив 20 долларов за билет, они ожидают, что концерт поднимет им настроение. Это и есть моя работа – не больше и не меньше.

Обложки ваших альбомов напоминают иллюстрации к книгам – они очень яркие и многоцветные, полные, скажем так, «скандинавских образов». Не расскажешь, как они создавались?

Обложки всех наших предыдущих альбомов были созданы английским художником Полом Рэймондом Грегори (Грегори также оформлял альбом Uriah Heep “Spellbinder” и диски многих других групп, делал иллюстрации к книгам Толкина – прим. авт.). Все свои картины он пишет масляными красками. Его прекрасные работы очень подходили той музыке в стиле фэнтези, которую мы тогда делали. Его собственной стилистике действительно близки викинги и вся эта скандинавская тематика, поэтому и обложки он делал соответствующие – но нам и правда все очень нравилось, мы с радостью принимали его идеи. А вот обложка для нашего нового альбома создавалась по-другому. На этот раз история не такая радостная и позитивная, потому что жизнь короля Людвига II во многом трагична. И новые песни не такие радостные, как обычно бывало у Freedom Call. Среди них есть три мрачные, грустные песни: “Dark Obsession”, “The Darkness” и “Under the Spell of the Moon”. Так что мы решили, что для этого диска нужно другое оформление. В ход пошла компьютерная графика. На этот раз с нами работал очень талантливый художник из моего родного города, он друг нашей группы. Его работа лучше отображает историю Людвига II – в ней есть и что-то радостное, и что-то темное и трагичное.

Вы и на этот раз просто приняли тот вариант обложки, который вам предложил художник, или пытались вмешаться в процесс ее создания?


Ну, в первую очередь мы рассказали художнику концепцию альбома, и он подготовил несколько вариантов оформления. Так что нам было из чего выбрать. Потом мы остановились на одном из них, но много что подкорректировали: цвета, фон и некоторые детали. Художник с самого начала был вовлечен в нашу работу над альбомом, поэтому обложка дорабатывалась параллельно с тем, как мы дописывали музыку.

Для одного из своих предыдущих альбомов вы записали кавер-версию песни "Dancing with Tears in my Eyes" Ultravox. Вы не планируете в будущем сделать еще какие-то каверы?

Конкретных планов нет, но вообще «переделывать» свои любимые песни очень здорово. "Dancing with Tears in my Eyes" – это потрясающая песня, и работать над ней было очень интересно. Но все группы делают каверы на кого-нибудь вроде Ultravox или на какие-нибудь классические хиты, или выпускают «трибьют»-альбомы… Может быть, однажды мы сделаем еще какой-нибудь кавер, но для этого нам нужна хорошая идея. Это должно быть что-то необычное – такое, что никто до нас не делал.

Кстати, в каком-то из своих интервью ты сказал, что в юности слушал поп-рок. Это так?

Да, я открыт для любого музыкального стиля. Все зависит от того, как я себя чувствую, в каком я настроении. Иногда мне безумно хочется послушать свинг, например. Такая музыка меня успокаивает. На ней не нужно концентрироваться. Когда я слушаю метал, я не могу просто наслаждаться музыкой, потому что я все время анализирую ее – это моя работа. В этом случае я не могу сказать себе: «Я просто слушаю музыку» - нет, я на 100% сосредоточен и пытаюсь все разложить по полочкам. Я слышу так много деталей, что не могу насладиться целым. Поэтому я предпочитаю слушать какую-то другую музыку, чтобы можно было расслабиться.

Но ты не думаешь о том, чтобы писать другую музыку? Может быть, однажды ты попробуешь себя в другом, более «легком» жанре?

Почему бы и нет? Я пишу не только металлические песни. У меня есть кое-что близкое к поп- или поп-рок-музыке. Чего я никогда не стал бы пробовать, так это хип-хоп. Это совершенно невозможно. Думаю, любые мои песни имели бы хоть какую-то связь с металлом: красивые мелодии и… Я никогда не смогу принять музыку без гитар. Это необходимый элемент. В этих «новомодных» направлениях я не смог бы работать. Никакого хип-хопа, увольте! (смеется)

Но вообще мы можем ожидать от тебя новых проектов?

О да. Наверное. Я поговорил с нашей рекорд-компанией и, может быть, в середине следующего года я выпущу сольный альбом. Но это еще ничего не значит. Я сделаю это просто «для себя».

К слову о других проектах – вам приходится делить своего ударника Даниеля Циммермана с группой Gamma Ray, это не доставляет вам хлопот?

Он не просто наш ударник. Я дружу с Даниеля уже больше двадцати лет. Мы проводим вместе много времени, и это никак не связанно с музыкой и бизнесом. Когда я написал первые четыре-пять песен в 1998 году – ого, больше десяти лет назад! – Даниель был первым, которого я попросил играть со мной. Он послушал мои песни и сказал: «Окей, давай попробуем». Так появилась группа Freedom Call – это было очень спонтанное решение. И Даниелю было не сложно совмещать работу в Gamma Ray и Freedom Call. Не было никакого «конфликта интересов». Gamma Ray выпускали альбом, откатывали тур и потом устраивали себе отдых – и именно тогда мы могли поработать над Freedom Call. Но последний тур Gamma Ray был очень длинным, потому что они составили компанию Halloween в их мировом турне. И Даниель год катался по миру без передышки. Поэтому он принял решение не бросать Freedom Call, но все-таки выступать с нами поменьше. Он и дальше будет работать в составе Freedom Call, но скорее «вне сцены». Так что для предстоящего тура, который начнется через две недели, мы впервые взяли замену на место ударника – потому что Даниель играет с Gamma Ray и вряд ли сможет давать по два концерта за один вечер, это как-то слишком. С нами будет выступать другой барабанщик, Клаус Шперлинг – раньше он играл в Sinner, Primal Fear и еще многих других группах. Он ударник такого же высокого уровня, а для нас это главное.

Как же вы его заполучили?

Хе-хе-хе. Он одно время играл в группе Mystic Prophecy, и как-то раз они выступали на одной сцене с Freedom Call – в качестве «специальных гостей». Выяснилось, что Клаус живет неподалеку от меня, где-то в полутора часах езды, что он очень приятный парень и любит нашу музыку. В общем, я потом позвонил ему, и уговорить его было несложно.

Насколько мне известно, ты рос в музыкальной семье - это правда?

Да. Мой дедушка по материнской линии был оперным певцом в Бремене. Он также преподавал в одном бременском университете – там есть что-то вроде «музыкального университета». У моей мамы тоже есть образование по классу вокала, к тому же, она очень хорошо играет на фортепиано. Так что «музыкальность» у нас в крови – она и мне передалась.

Твои родные не давали тебе уроков вокала?


Вокалом я занялся довольно поздно. Сперва, в семилетнем возрасте, я начал учиться игре на гитаре. Гитара тогда была больше меня. В десять лет я также брал уроки игры на фортепиано. А вокальным образованием я занялся только в восемнадцать лет. И отучился четыре года.

Я где-то читала, что ты предпочитаешь выступать на фестивалях, а не в клубах. Это потому что в клубы приходит мало народу?

О нет, все как раз наоборот! Вообще-то я люблю играть в клубах. Думаю, тогда меня просто неправильно поняли. Мне было очень приятно выступать на таких гигантских фестивалях, как Вакен, куда приходило 40 тысяч зрителей. Мне очень-очень понравилось, и я очень гордился собой, когда играл перед такой огромной толпой народа. Это очень волнительно. Но после шоу я не мог осознать, что играл перед настоящими людьми, потому что расстояние между сценой и зрителями было метров пятнадцать, и разглядеть лица и глаза людей было невозможно. Казалось, что ты играешь для одного человека, имя которому «толпа». Это потрясающее ощущение, но мне гораздо больше нравится выступать в клубах – где видишь глаза всех зрителей, видишь, как они потеют, как реагируют на твою музыку. Создается интимная, личностная атмосфера, объединяющая группу и зрителей. И тогда после шоу я испытываю большее удовлетворение. Я чувствую, что смог передать людям свои эмоции и создать нужное настроение.

Вы собираетесь заехать в Россию в рамках грядущего тура?

Очень на это надеюсь. Мы всего раз были в Москве. Пару лет назад.

И как впечатления?

Это было что-то потрясающее! Нам пришлось непросто, потому что у нас не было времени на сон. Накануне мы выступали в другом месте, а в аэропорт нам надо было приехать рано утром… Но все прошло прекрасно, и публика была фантастическая. Может быть, мы приедем осенью, в сентябре, октябре или ноябре – мы планируем тур, в котором будем хэдлайнерами, и тогда, возможно, у нас будет возможность приехать в Россию. Ну а пока вы там попросите промоутеров: «Пожалуйста, привезите Freedom Call».

Вы уже выпустили запись одного своего концерта, но еще не сняли ни одного видеоклипа. Не собираетесь заняться этим вопросом?

Сейчас все группы снимают видео, а на телевидении клипы метал-групп уже больше не показывают. Конечно, их можно разместить на YouTube или на своем сайте… Но мы лучше сэкономим деньги и поедем в тур. Для меня это гораздо важнее, чем отснять видео, как миллион других групп.

Ну а как же пресловутый «промоушен»? Интересным видео можно привлечь внимание потенциальных фанатов…

Для меня нет лучшего промоушена, чем выйти на сцену и сыграть. В Интернете можно насмотреться разных видео и тут же их все забыть. Так что пусть лучше нас увидят «живьем».

Почему вы не поете по-немецки? Мне кажется, этот язык вполне подходит той музыке, которую вы играете…

Я думаю, мы делаем интернациональную музыку, а во всем мире люди лучше понимают по-английски, чем по-немецки. И, честно говоря, английский звучит лучше на высоких нотах и в таких «рОковых» вещах. На нем петь проще. Но для нового альбома я все же записал одну песню на немецком. Она называется “Ludwig II – Prologue”.

Одна из ваших новых песен называется “Perfect Day” («идеальный день»). Что для тебя идеальный день?

Здесь есть несколько вариантов. Один такой: ты просыпаешься с утра, и все складывается для тебя безупречно. Солнышко светит, кофе уже сварен, во всем тебе везет. Вот таким может быть идеальный день. А еще есть другой вариант. Если ты позитивно мыслишь, с оптимизмом смотришь на мир и веришь в себя, вся твоя жизнь может превратиться в такой «идеальный день».

На вашем новом альбоме есть еще одна песня, название которой сразу привлекло мое внимание, - “Remember!” («помни»). Что же нам так необходимо помнить?

Помнить о том, что надо вовремя платить налоги. (смеется) Ну, возможно, нам надо больше думать об окружающей среде. Мы уничтожаем природу. Я уже успел шокировать тебя разговорами на эту тему. Людям нужно побольше беспокоиться о таких вещах и хорошенько думать, прежде чем принимать важные решения. Ничего нового я тут сказать не могу.

Понимаю. Ваша группа называется “Freedom Call” («зов свободы»), что для тебя свобода?

В первую очередь, это одно из самых хороших слов. Она включает в себя много элементов, таких как «жизнь», «удача» и другие замечательные вещи. Все то, что приносит радость и наполняет жизнь смыслом.

А любовь в эти «замечательные вещи» входит? Вы, вроде, о ней не очень часто поете. Но в новый альбом почему-то включили  любовную историю Мерлина…


Да. Вообще-то пауэр-метал имеет слабое отношение к любви. Но какие-то баллады порой появляются… На нашем предыдущем альбоме была песня “Words of Endeavour”. Это вроде как любовная песня. И еще “Turn Back Time” тоже можно отнести к этому разряду. Но мы все же работаем в жанре, в котором больше принято петь о воинах, рыцарях и драконах. Может быть, когда я займусь музыкой другого плана, я буду уделять больше внимания теме любви.

Это замечательный финал для нашего интервью, но, может быть, ты хочешь сказать нашим читателям еще что-нибудь?

Да, конечно! Всем российским металлистам: мы очень хотим снова приехать в Россию и сыграть вживую все песни со своего нового альбома “Legend of the Shadowking”. Я абсолютно убежден, что он придется по вкусу всем металлистам. Мы привезем с собой из Германии массу энергии и хорошего настроения, чтобы поделиться ими с публикой и устроить роскошный метал-фест.

Официальный сайт Freedom Call: http://www.freedom-call.net

Выражаем благодарность Максиму Былкину (Soyuz Music) за организацию этого интервью

Ксения Артамонова
январь 2010 г.
(с) HeadBanger.ru

eXTReMe Tracker